Валентинка с секретом стр. 19
же сизые клубы дыма ворвались в прихожую, треск усилился, вдоль плинтуса зазмеилось пламя.
Настя в ужасе отступила к двери, и в этот момент из глубины квартиры донесся детский голос.
— Мама! — кричал малыш. — Мама!
Чихая, кашляя, Настя рванулась по направлению к крику, нашла детскую. Ребенок сидел на кроватке и тер глазки.
— Ма-ма! Тут дым! — кричал он, задыхаясь.
Увидев Настю, он улыбнулся, радостно потянулся к ней.
— Няня! — ткнул он в нее пальцем. — Ты — няня!
— Да-да, я твоя няня, — пробормотала Настя.
Она схватила малыша в охапку, бросилась к двери, вырвалась на лестничную клетку. Спустившись на два этажа ниже, села на лестницу и
наконец-то смогла отдышаться. Но отдыха не получилось.
— Хочу ням-ням! — как ни в чем не бывало, потребовал ребенок. Он вцепился ручонками Насте в волосы и принялся мотать ее голову из стороны в сторону. — Ням-ням!
Настя вспомнила о печенье для отца. Она усадила малыша на ступеньку, выудила из рюкзака коробку с подарком, разорвала красивую обертку и протянула Павлику, с легким огорчением наблюдая, как маленькая пятерня принялась безжалостно крошить песочные сердечки. Когда в коробке осталось месиво, Настя вытащила бутылку газированной воды.
— Попить! — радостно заверещал ребенок, протягивая облепленные крошками пальцы к новой игрушке.
Сделав несколько глотков, Павлик уронил бутылку и потянулся к Настиному плееру.
— Дай! — потребовал он.
Девочка сняла плеер, нашла спокойную мелодию. Едва успев схватить новую игрушку, малыш тут же уснул — мгновенно, без перехода, уронив голову Насте на плечо. Она осторожно забрала у него плеер, прижала ребенка к себе, откинулась на перила и вскоре сама уже спала — так крепко, что даже поднявшаяся вокруг суматоха не разбудила ее.
Тут и нашел их отец — уже после того, как пожар был потушен.
— Настя, проснись! — сквозь сон донесся его голос. — С тобой все в порядке?
Настя открыла глаза, широко улыбнулась.
— Вот мы с Павликом и познакомились! — она показала глазами на малыша. — С днем рождения, пап! А подарок мы, к сожалению, съели…
— Да какой подарок! — отец осторожно взял у Насти спящего сына, нежно поцеловал в затылок и передал на руки какой-то высокой темноволосой девице. Настя решила было, что это его жена, но отец покачал головой.
— Это Катерина, няня Павлика, — объяснил он. — Она постоянно присматривает за малышом.
Няня? Настя уставилась на девицу с подозрением. Та не понравилась ей. Накрашенное лицо, поджатые губы, блестящие нагловатые глаза, вызывающий взгляд. И действительно, где была эта няня, когда начался пожар? Почему ребенок остался один? Откуда она появилась потом? Вопросы вертелись на языке, но задать их Настя не успела. Другая женщина, молодая, худощавая, светловолосая, с плачем бросилась к ней, обняла, расцеловала.
— Настенька, родная, спасибо тебе! Как хорошо, что ты оказалась рядом! Это все так ужасно! Если бы с вами что-то случилось, я бы не пережила!
— Настя, это Ольга, — представил отец, а потом обнял обеих. — Ну вот вы, наконец, и познакомились, самые дорогие мои девочки.
Они стояли на лестничной клетке, и Настя чувствовала себя по-настоящему счастливой. Так вот она какая, Ольга, новая жена отца! Совсем не страшная, а, наоборот, добрая и милая. И вовсе не похожа на «мерзкую женщину» и «разлучницу», какой привыкла считать ее Настя! А вот отец казался постаревшим, осунувшимся.