Вампир: украденная жизнь стр. 141
почувствовав, что силы окончательно покинули ее. Вероятно, Маргарет на какое-то время погрузилась в тревожное забытье… но тут же встрепенулась, стоило Кристиану сухо пожаловался на то, что его вероломно ударили в спину. Маргарет открыла глаза и взглянула на него, улыбаясь от счастья. Да, он был бледен от потери крови, вокруг рта и глаз появились морщинки из-за испытываемой им боли, но он был жив, и к тому же пришел в себя. Маргарет чуть не заплакала от облегчения.
— Да, несправедливый, — согласилась она. — И полностью необоснованный, поскольку ты сдался.
— Но умный, — пробормотал Кристиан.
Когда Маргарет непонимающе приподняла брови, Кристиан пожал плечами.
— Я, может, и выбросил белый флаг, но даже ручной кот способен поцарапать.
Маргарет слегка улыбнулась и погрузила пальцы в его длинные волосы. Они были такими же мягкими и шелковистыми как у младенца, и ее улыбка померкла.
— Как бы я хотела увидеть тебя ребенком.
— Я тоже, — серьезно сказал он.
— Бьюсь об заклад, ты был очаровательным.
— Безусловно, — с иронией произнес Кристиан.
Маргарет ненадолго прикрыла глаза, почувствовав острую боль в голове. Когда же она стихла, улыбнулась сыну, надеясь, что улыбка выглядела обнадеживающе, и пробормотала:
— Расскажи мне, каким было твое детство. Ты был счастлив?
Кристиан помрачнел и попытался сесть.
— Я думаю, нам лучше постараться найти выход из… — фраза Кристиана оборвалась на полуслове, когда он судорожно втянул в себя воздух и, поднявшись наполовину, замер на секунду, прежде чем упасть обратно на пол рядом с матерью.
— А я думаю, мы оба все еще восстанавливаемся, поэтому тебе лучше оставаться на месте, пока ты не сможешь нормально двигаться и не зеленеть при этом.
— Зеленеть, да? Ну, по крайней мере, у меня голова не деформирована, — голос Кристиана звучал беспечно, но он не смог скрыть беспокойства, отражавшегося на его лице. — Сильно болит?
— Да, — призналась она, а затем добавила: — А теперь прекрати менять тему и расскажи мне о своем детстве. Это нас обоих отвлечет от боли. Оно было счастливым?
— Счастливым, — задумчиво повторил Кристиан, а потом кивнул: — Бо́льшую его часть. Отец был хорошим отцом.
— Ты всегда называешь его отцом? — рассмеявшись, уточнила Маргарет.
— Нет. Я называл его папой, когда был маленьким. Но знаешь, после сотни лет это стало звучать немного странно, поэтому я стал звать его отцом.
Маргарет слегка усмехнулась и, облокотившись о стену, закрыла глаза, чтобы попытаться воочию представить то, о чем он говорил.
— Я ни в чем никогда не испытывал нужды, за исключением тебя, конечно. Но бабушка и тетушки баловали меня безмерно, пытаясь заменить мне мать, и тем самым испортили. И естественно, как ты понимаешь, я этим пользовался в полной мере.
— Естественно, — пробормотала Маргарет, отгоняя от себя чувство вины за то, что ее тогда не было с ним.
— Отец всегда был рядом, — добавил Кристиан. — Он играл со мной, когда я был маленьким, а потом сам обучал меня.
— И чему он тебя обучал? — спросила Маргарет, стараясь сдержать боль, так и норовившую ворваться в ее голос.
— Драться, охотиться, питаться…
— И ты был хорошим учеником?
— Самым лучшим, — заверил ее Кристиан. — Я всегда пытался обрадовать его, заставить улыбнуться. Он всегда казался таким печальным. Я думал, что если буду идеальным, грусть уйдет из его глаз.
Маргарет с