Ваш ход, миссис Норидж стр. 47
Вот что мне удивительно… От истории Питера тоже мурашки бегут по коже. Про женщину, что выкалывает глаза постояльцам, помните? Ух! Но от нее пугаешься как-то по-другому… И ножницы потом не мерещатся в темноте. Почему так, миссис Норидж?
Едва задав вопрос, Энни спохватилась, что спрашивать всякие глупости у гувернантки не полагается. Но миссис Норидж не рассердилась и не отчитала служанку, как непременно сделала бы миссис Паблишер, прежняя гувернантка. С той сталось бы пожаловаться экономке! Нет-нет, от миссис Паблишер Энни старалась держаться подальше. Ей бы и в голову не пришло греть для нее молоко.
– Я думаю, Энни, все оттого, что история Питера
– выдумка от начала до конца. А вот то, что поведал нам мистер Рэндалл, куда занимательнее. Вы заметили, что его рассказ насыщен деталями?
Служанка помотала головой.
– Ледяные руки леди Кроули, волчья голова с красным глазом, пар, вырывавшийся изо рта, зола… Ох, как мне все это не нравится, Энни.
– А кому бы понравилось, мэм! – поддакнула служанка.
– Люди и представить не могут, как часто они проговариваются в своих историях, правдивых ли, выдуманных – не играет роли. У Рэндалла отличная память на подробности. Он не сочиняет их, а повторяет так, как увидел… Разлетевшаяся зола и кулон в сжатом кулаке – все это плохо, очень плохо.
Энни молчала, догадавшись, что гувернантка обращается не к ней.
– Человек, у которого развязался язык после долгого молчания, выбалтывает слишком много. Он и сам, должно быть, не сообразил, что сказал… Все слушали рассказ об оборотнях. Однако в действительности это была история об убийстве, не так ли? О двух убийствах, если точнее. Если слушать ее именно с этой точки зрения, можно многое услышать
– Так что он сказал? – пискнула служанка, не выдержав.
Миссис Норидж отодвинула пустую чашку и встала.
– Он сказал, Энни, что волков, превращающихся в людей при полной луне, не существует. Ступайте в постель и ничего не бойтесь. Благодарю за молоко!
«Если история об убийствах, то есть и убийца, – добавила она про себя. – И это не оборотень».
* * *Следующее утро выдалось таким тихим и ясным, какими бывают лишь дни после сильных бурь. Миссис Норидж постучалась в гостиную, залитую солнцем.
– Миссис Стоукс, могу я показать детям сад при замке Кроули?
Реджина Стоукс посмотрела на гувернантку с удивлением и отложила вышивку.
– Боюсь, после грозы он в плачевном виде… Но почему бы и нет? Я и сама с удовольствием прогулялась бы с вами. Говорят, сад открыт для всех желающих, а садовник поддерживает его в прекрасном состоянии.
Ее старшая сестра, войдя в комнату, услышала последние слова Реджины.
– В прекрасном – не то слово, дорогая Редж! Все мы мечтаем переманить Рэндалла к себе, однако он предан поместью Кроули.
– И его хозяйке, наверное? – предположила миссис Норидж.
– Бедняжке Элизабет? О, какое печальное зрелище. Она скользит по своему сказочному саду, будто тень, и, кажется, не замечает и десятой доли той красоты, что окружает ее. – Тереза села возле сестры, рассматривая вышивку. – Милая, тебе не кажется, что этот оттенок ярковат? Поместье давно перешло в другие руки, им владеет дальний родственник покойного графа. Элизабет доживает при них свой век. А ведь она не так стара, ей нет и сорока. Она