Вечный любовник стр. 148
велел король. – Я дал тебе шесть тысяч за эту девочку, ты заплатил четыре, а две прикарманил. Я не люблю подданных, которые обращают к своей пользе мои дела.
Монтиньи попал в опалу, Габриэла тоже. Казалось, король охладел к ней потому, что она стоила только четыре тысячи экю, а он из-за нее стал жертвой мошенничества.
Мадам д'Эстре, услышав о произошедшем, пришла в ярость. Она поспешила ко двору с намерением сказать месье де Монтиньи все, что о нем думает. Но Монтиньи ее еле слушал, он был в сильном расстройстве из-за того, что попал в немилость к королю из-за ее дочери.
У мадам д'Эстре были свои проблемы. Ей не нравилось, что король столь быстро охладел к ее дочери. Люди могли сказать, что девушка, несмотря на внешнюю красоту, лишена истинной женственности, раз ее любовник, заплативший за нее столь высокую цену – хоть и был при этом обманут, – так скоро от нее устал.
Франсуаза решила заключить сделку с кардиналом де Гизом – членом дома не менее достойного, чем королевский, и при том имеющим отношение к церкви. Всем было известно, что таким людям угодить непросто.
Король не возражал расстаться с девушкой, и мадам д'Эстре наконец была удовлетворена – две сделки лучше одной.
Кардинал де Гиз оказался более страстным любовником, чем король Франции, и Габриэла пришла к выводу, что с ним ей лучше. От нее теперь не ждали, что она станет заводить дружбу с животными или обсуждать, какие драгоценности больше идут ее любовнику, ей не нужно было больше слушать болтовню молодых людей и ловить на себе их завистливые взгляды.
– Конечно, ничто не может сравниться с любовником-королем, – рассуждала ее мать, – но Гизы утверждают, что в их жилах течет не меньше королевской крови, чем у Валуа, поэтому их можно считать следующими по ценности. Кроме того, месье де Гиз сделает из тебя женщину – а это тоже хорошо.
В течение года Габриэла была горячо обожаемой любовницей кардинала де Гиза, а сама день ото дня хорошела. С исчезновением невинности стало ясно, что она чувственная женщина. И тут в нее без памяти влюбился герцог де Лонгвиль.
Габриэла, однако, считала, что, раз кардинал де Гиз заплатил за нее матери крупную сумму, ей следует оставаться верной ему, а потому, хотя и неохотно, отвергала притязания симпатичного де Лонгвиля. Но тот был настолько одержим страстью к ней, что встретился с мадам д'Эстре и заключил с ней тайную сделку. Мать объяснила дочери, что теперь в ее обязанность входит проявлять благосклонность и к де Лонгвилю, но ввиду сделки с кардиналом де Гизом надо щадить его чувства, все делать так, чтобы он ни о чем не догадался.
Габриэла была рада, потому что де Лонгвиль ей очень нравился, и знать, что от нее не ждут сопротивления ему, ей было очень приятно.
Жизнь между кардиналом и де Лонгвилем выглядела для нее сплошным удовольствием, но такое положение не могло продолжаться долго. Вскоре кардинал открыл, что его водят за нос, и сильно разозлился, но в это время его брат, блистательный Генрих де Гиз, вступил в борьбу за французскую корону, и делом чести всех членов его семьи стало его поддержать. Генрих де Гиз нуждался в