Вечный любовник стр. 160
Что ж, резонно предположить, что ее положение станет более престижным, если у нее будет муж. И он нашел для нее такого человека. Жених ждет, чтобы его представили. Если Габриэла позволит, он войдет.
– Сир, – ответила она, – вы всегда так добры ко мне, так полны заботы. Я – счастливейшая женщина Франции. А про себя подумала: «Когда он встанет рядом со мной, нам надо во что бы то ни стало не выдать наших чувств. О, Бельгард, как я счастлива!»
Король подошел к дверям, чтобы позвать жениха. Габриэла ждала с нетерпением появления своего любовника, но, вместо красавца Бельгарда, вошел пожилой человек с седыми волосами и бородой, он шел немного хромая, а одно его плечо было чуть-чуть выше другого.
Генрих, лучезарно улыбаясь, посмотрел на Габриэлу:
– Это твой будущий муж, моя дорогая. Николя д'Амерваль, господин де Лианкур.
Король пристально, но с насмешкой посмотрел на Габриэлу, затем похлопал ее по руке, словно намекая: «Не красавец, но богач и родовитый. Кроме того, моя дорогая, тебе же нужно только его имя и положение замужней женщины».
Габриэла была донельзя расстроена, но поделать ничего не могла. Месье Лианкур казался довольным, хотя король предупредил его, что в некоторых отношениях это необычный брак.
Габриэла упрекнула Генриха:
– Как ты мог выдать меня замуж за такого человека? Я не буду чувствовать себя в безопасности. Не могу дать моего согласия.
– Тебе нечего бояться. Я предупредил Лианкура, он не посмеет меня не послушаться. Тебе был нужен муж, не так ли? Разве я не выполняю все твои желания?
Ей хотелось разрыдаться, она так мечтала о Бельгарде! Но понимала, что теперь придется выйти замуж за Лианкура, кроме того, ее все больше устраивало положение любовницы короля. Габриэла чувствовала, что все больше нравится Генриху, а ей импонировала его внимательность. И если раньше она с трудом выбирала между Лонгвилем и Бельгардом, то теперь не могла решить, кто же все-таки лучше – Генрих
или Бельгард?
Справили свадьбу. Габриэла стала повсюду сопровождать Лианкура, а компанию ей составляли ее сестра Жюльетта и тетушка мадам де Сурди.
Генрих не мог не думать о Габриэле без беспокойства. Он хотел освободиться от Марго и жениться на ней, но не имел возможности этого сделать, пока шла эта изнурительная бесконечная война, которая повергла страну в руины. Король стоял со своим лагерем близ Парижа, много раз пытаясь взять город, и знал, что на его улицах мужчины, женщины и дети умирают от голода, а ремесла, которые раньше делали столицу процветающей, приходят в упадок. Люди были заняты войной, вместо того чтобы производить товары, которые потом могли бы продавать друг другу и благодаря этому наполнять свои желудки хорошей пищей.
Париж медленно умирал, и только потому, что не хотел принимать короля-гугенота.
Но разве религиозные догматы так важны? Разве это правильно, что мужчины, женщины и дети тысячами гибнут от голода только потому, что один человек объявляет, что не хочет слушать мессу?
Генрих вспоминал те дни, когда Карл IX, вызвав его с Конде к себе, кричал: «Месса или смерть!»
Тогда он выбрал мессу, чтобы спастись. Неужели не может выбрать ее снова ради спасения Парижа и его жителей?
«Послушаю мессу, – думал он, – и война закончится. Потом постараюсь принести