Вечный любовник стр. 201
скоро мы увидимся. Люби меня всегда. Целую твои руки и губы миллион раз.
Г.».
На более нежное письмо нельзя было и надеяться, за исключением того, что в нем было сказано о радости в связи с рождением ребенка другой женщиной, который появился на свет на месяц раньше, чем у нее.
Генриетта написала, что останется неутешной, пока он будет танцевать перед банкиршей, и ждет родов, во время которых женщина бывает счастлива, если отец ее будущего ребенка находится рядом с ней. Она слышала, что он был в Фонтенбло, когда родился тот ребенок, но не считает возможным просить его быть рядом с той, на
которой он обещал жениться.
В Вернее поднялась суматоха. Неожиданно приехал король.
– Неужели ты думала, что меня здесь не будет, когда родится мой ребенок? – спросил он Генриетту.
– Я тебя не ждала. Ты был не настолько внимательным ко мне, чтобы я могла на это надеяться.
– Прекрати. Давай забудем прошлое. Я здесь, и, слава богу, живот у тебя большой. Этот мальчик будет вдвое больше дофина.
– Моя беременность сильнее заметна из-за моей стройной фигуры. А эта Медичи такая толстая, что все время выглядит беременной.
– Ха! Не надо укорять ее за полноту. Эти иностранки все такие.
– И ты находишь их интересными?
– Ни одну женщину не нахожу такой интересной, как ты, моя дорогая. А иначе зачем бы я постоянно становился под прицел твоего язычка?
Это было предупреждение, и Генриетта поняла, что ей надо быть поосторожнее. Она пустила слезу и сказала королю, что беременность дается ей тяжело. Она ждет скорых родов, и он очень обрадовал ее своим приездом.
На следующий день начались схватки. Однако еще до появления первых болей Генриетта окольными путями дала знать Марии, что король в Вернее и ждет рождения ребенка.
В тот день, когда у нее родился сын в присутствии короля, Генриетта была счастлива.
Ребенок был очень хорошенький, и король разделил с ней ее радость. Он обожал детей и говорил, что считает себя удачливым отцом, раз у него за два месяца родились два сына.
– Назову его Гастоном Генрихом, – объявила Генриетта. – Он будет носить имя своего отца. Скажи, как он выглядит по сравнению с Людовиком?
Генрих поднял ребенка, повернул его головку.
– Скажу, что он очень похож на тебя. Наш Га-стон Генрих – самый симпатичный ребенок, который когда-либо появлялся на свет. Взгляни-ка на него!
– Совершенный маленький француз, – улыбнулась Генриетта. – Настоящий француз. И ничего итальянского. Ты согласен?
– Согласен всем сердцем.
Какое-то время Генриетта была счастлива. Король был рядом, а у нее здоровый и симпатичный сын.
Потом начала думать, как неблагосклонна к ней судьба. Если бы не та гроза, если бы молния не ударила во дворец, Гастон Генрих стал бы ее вторым сыном, а она была бы королевой Франции.
Она послала за одним из своих слуг.
– Отправляйся в Фонтенбло, – велела она ему, – и пусть всем станет известно – но как бы между прочим, – что король во время родов был со мной, что он назвал ребенка Гастоном Генрихом и сказал, что мой сын во всех отношениях симпатичнее того, которого называют дофином Людовиком.
Теперь, когда у нее был сын, Генриетта не могла смириться со своим положением. Она решила вступить в