Ведьма с принципами стр. 74
страстно, властно и требовательно, так, что вмиг ноги подкашиваются и перестают меня держать. Сползаю безвольно по стене, но сильные руки подхватывают, крепко удерживая за талию и плотно прижимая к большому телу.
Сумасшествие! Понимая, что не вырваться, с азартом и нескрываемой страстью целуюсь с Ремаром, не испытывая при этом ни стыда, ни смущения, настолько захватывают новые для меня ощущения. По сравнению с Аревиком, от поцелуя с главным инквизитором получаю потрясающие ощущения – большой, властный и уверенный в себе мужчина сносит своим напором. Герцог и не думает останавливаться, завоёвывая всё большую территорию: поцелуй снова углубляется, и я лишь принимаю Ремара и всё, что он сейчас делает.
Руки самовольно взмывают вверх, обнимая мужчину за шею, зарываясь пальцами в чёрные, жёсткие волосы. Безумие, которое мне нравится. Так нравится, что и сама теперь не могу от него оторваться. В крови пылает огонь, а тело требует продолжения, плавясь под прикосновениями его рук.
Губы мужчины перемещаются на шею, проводя по коже языком и опаляя жалящим дыханием.
– Ремар…
Глаза закрывает пелена, которая тонким покрывалом обволакивает тело, делая его словно чужим, не моим вовсе. Дыхание сбивается, а грудь сжимают болезненные тиски – не могу вздохнуть, словно весь кислород вмиг выветрился из лёгких.
– Позови ещё… – просит хриплым голосом.
Хочу позвать, но не могу – ничего не могу, понимаю – проваливаюсь куда-то, лишь на несколько секунд выныривая из вязкого марева. Мысли рассеиваются, перестаю соображать, всё же ощущая до боли знакомый запах, из последних сил произношу:
– Ремар… плохо… пахнет ванилью…
Закрываю глаза, падая в засасывающую меня бездну, без света и возможности дышать.
***
Открываю глаза и сразу же утыкаюсь взглядом в роскошный шёлковый балдахин над кроватью. Понимаю, что лежу на кровати в чьей-то спальне, очень удобно, кстати сказать, лежу, ощущая, что корсет немного ослаблен и дышать значительно легче.
Прокручиваю в воспоминаниях лентой события, предшествующие потери сознания, и сразу же вспоминаю жаркий поцелуй герцога, даже сейчас, кажется, всё ещё чувствуя его прикосновения на губах. В носу до сих пор стоит запах ванили, противно напоминания, что меня отравили ядом Лоци, а я даже не почувствовала.
Кто и когда? Основные вопросы, которые меня сейчас волнуют. Илия и Ирма были всё время рядом, но они не могли, только не они, никогда не поверю. Ещё Лилия, сидела тихонько справа от меня, практически сливаясь с обстановкой и не привлекая к себе внимания.
На столиках было несколько сортов чая: с малиной, клубникой и какими-то необычными ягодами, видимо, запах фруктов перебил запах яда. Я потеряла бдительность. Могла умереть, должна была умереть, потому что сама себе помочь не могу, никто не может.
– Как вы себя чувствуете? – надо мной нависает герцог. В глазах нескрываемая тревога, сменяющаяся облегчением.
– Бывало и лучше, – выдавливаю с трудом из себя. – Кто мне помог? Придворный маг?
– Кассандра, вы сами сказали, что только ведьма может приготовить зелье, чтобы избавить от яда Лоци. А у меня, как вы понимаете, никакой другой ведьмы под рукой нет.
– Тогда как?
– Я… применил свой дар, чтобы спасти вас, – герцог смущается, отводит взгляд, стараясь не смотреть мне в глаза.
– Не думала, что тёмная магия способна лечить!
– Не тёмная – дар воскрешения.
– Стоп. Вы сами говорили,