Ведьма с принципами стр. 90
выбрался из потока воды и вспомнил портрет твоей матери, который видел тысячу раз. Но это было потом, а сначала была ты сама…
– Почему ты мне не рассказал кто я? – перехожу на шёпот, успокаиваясь и глотая слёзы.
– Знал, что Его Величество рано или поздно объявит во всеуслышание о тебе, признает сестрой с правом на трон… Ты – сестра короля, Кассандра, ты выше нас всех: герцогов, баронов, и даже всего Совета. Если бы ты не была замужем, завтра же перед дворцом выстроилась бы очередь из десятков претендентов на твою руку – породниться с королём желают все. Я бы стоял в этой очереди самый первый, поверь, не в силах существовать без тебя. Выбрала бы ты меня?..
– Ты дурак? – шепчу ему одними губами.
Подходит, обхватывая моё лицо большими, тёплыми ладонями.
– Влюблённый дурак. Поверь, нет никого глупее влюблённого мужчины…
Смотрю в его глаза и понимаю – правда, всё правда. Так смотреть и одновременно лгать невозможно, влюблённые глаза не лгут, не могут, не способны на это, потому что чувства рвутся изнутри, сметая все преграды и барьеры.
Любовь не понимает логики, не поддаётся разумному объяснению, её нельзя заковать в тиски благоразумия, правильности и трезвых рассуждений. Чувство, на всех действующее по-разному, но совершенно одинаково всех влюблённых делающее глупцами.
Понимаю, что тело дрожит после резкого всплеска эмоций, не могу контролировать себя, не способна успокоиться окончательно.
– Я вся дрожу, – произношу в губы мужа.
– Я знаю хороший способ, чтобы успокоиться… – понимаю, о чём он говорит, и жажду этого не меньше, чем он, сейчас, наверное, в разы больше – тело напряжено до предела, чувства и эмоции на грани выжигают изнутри.
– Нам могут помешать.
– Не помешают. Крыло невест пустое, все разъехались, а Илия переселилась в покои рядом с королём, как будущая королева.
Тёплые, мягкие губы коснулись моих губ, сначала осторожно, даже неуверенно, словно впервые пробуя на вкус, дразня желанием и отступая. Потянулась следом, следуя за чувственными ощущениями, обвивая шею Ремара, притягивая к себе ближе, ещё ближе…
Впился в мои губы теперь по-настоящему жадно, неистово, будто никак не может напиться, и лишь испив меня до дна, досуха, сможет, наконец, утолить свою мучительную жажду.
Поцелуй был таким долгим и невероятно чувственным, что с лёгкостью можно утверждать – ничего прекраснее я в своей жизни не испытывала.
Руки Ремара скользнули на спину, пробежавшись по талии, затянутой в тугой корсет, и поднялись выше, касаясь оголённой кожи вверху, обжигая прикосновениями. Муж спустился поцелуями на шею, прикусывая нежную кожу, а я откинула голову, позволяя ему двигаться дальше и увереннее.
Ослабла шнуровка платья, распустилась, и тут же тяжёлая ткань поползла вниз, чтобы через пару секунд мягким облаком упасть к моим ногам. Высвобождаюсь из ткани, уверенно переступив через неё, Ремар помогает – движения резкие, нетерпеливые в один миг разжигают ответное влечение, сильнее и больше. Хочется немедленно избавиться от одежды, чтобы прижаться всем телом к мужу, ощутить прикосновения к оголённой коже.
– Нечем дышать… – шепчу ему, чувствуя, как в рёбра упирается жёсткий корсет.
Муж тут же разворачивает спиной к себе и быстрыми движениями справляется с ним. Губы незамедлительно касаются изгиба шеи, поцелуи стали напористее, а руки скользят по груди, дальше вниз на