Ведьмина неделя стр. 220
сочинить. По стенам, тускло мерцая на черном фоне, висели наручники, аркан, гирлянды цепей, всевозможные хлысты и плетка-девятихвостка. В углу стояла большая жестяная банка со светящейся этикеткой “Напалм. Инкв. графства. Только для пыток”!
Сам Крестоманси едва виднелся за сияющей лампой, от которой Нэн поежилась — так она напоминала свет над операционным столом. Лампа освещала стол мистера Уэнтворта, тоже застеленный черной тканью, а на ней, словно на витрине ювелира, сверкали всяческие тиски и прочие малопривлекательные предметы. Был там и шлем с электродами! А еще пучок оголенных проводов, рассыпавших голубые искры! За ними высилась стопка толстых черных книг…
— Ну как, Брайан ничего не забыл? — спросил темный силуэт Крестоманси. Нэн засмеялась.
— Я ничего не говорила про ковер и напалм!
— Ковер предложил Брайан. А мне показалось, что в том углу несколько пустовато, — признался Крестоманси.
— А это что? — Нэн показала на стопку черных книг.
— Расписания, только замаскированные, — ответил Крестоманси. — А, я понимаю, о чем вы спрашиваете. Что ж — это, по всей видимости, парламентские акты и Свод законов о колдовстве, руководства по пыткам и “Полевой определитель британских ведьм” — инквизитор без них как без рук.
По его голосу Нэн стало понятно, что он тоже смеется.
— Знаете, нехорошо так веселиться, когда там все от страха умирают, — заметила она.
— Виноват. — Крестоманси обошел стол и вышел на свет. Искрящийся пучок проводов он просто отодвинул рукой — и ничуть его не стукнуло током — и присел на краешек покрытого черным стола, чтобы глаза его оказались вровень с лицом Нэн.
— А ведь вы тоже вовсю веселитесь, — заметил он.
— И еще как! — с вызовом ответила Нэн. — Между прочим, в первый раз за все время в этой свинской школе!
Крестоманси посмотрел на нее почти встревоженно.
— Вам нравится быть ведьмой? Нэн яростно закивала.
— И вам нравится сочинять предметы, описывая их словами, — все эти тиски и тому подобное?
Нэн снова кивнула.
— А что вам нравится больше всего? — тихо спросил Крестоманси.
— Быть ведьмой! — объявила Нэн.— Я от этого... ну, чувствую себя очень уверенно!
— Расскажите, что вы уже успели сочинить в качестве ведьмы, — велел Крестоманси.
— Ну, я...— Нэн посмотрела в лицо Крестоманси, освещенное с одной стороны лампой, а с другой — синеватыми искрами, и поразилась, обнаружив, как мало она успела наколдовать. Все, по правде говоря, сводилось к тому, что она полетала на метле и сделала себе с Эстель какие-то нелепые одежки и странноватые жестянки с прорезями. — У меня не было времени, — пролепетала она.
— Но ведь у Чарлза Моргана времени было примерно столько же, а, судя по тому, что мне о нем рассказывали, он проявил незаурядную изобретательность, — заметил Крестоманси. — Не кажется ли вам, что теперь, когда вы успели побывать ведьмой и обрели уверенность в себе, вы могли бы предпочесть дар обращения со словами даже способности колдовать?
Нэн немного подумала.
— Да, наверно, — кивнула она с удивлением, — Если бы только нас не заставляли писать эти придурочные дневники...
— Хорошо, — отвечал Крестоманси. —