Библиотека

Великие религии мира стр. 142

Размер шрифта
-
+
Тема

охмелеть, не надо мне вина Я напоен сверканьем допьяна.

Это слова великого суфийского поэта Ибн аль Фарида. Отрывок из его касыды «Путь странника» (о пути души, о пути к вершинам духа). Этот труднейший путь — путь любви. Только влюбленный может прийти к Богу. Но мало одной силы чувства. Нужна чистота от всякого себялюбия, от самого сознания «я». Слияние в одно с возлюбленным (с возлюбленной) означает отказ от двойственности. Не я и ты, а только ты. Я — отдано, растворено в любви. В стихах Джелаледдина Руми путник не может достучаться к Богу, пока есть Бог и он. Вход к Богу — вход внутрь, выход из двойственности. Об этом же все песнопения Ибн аль Фарида:

Для любящих племен и званий нет.

Влюбленный ближе к небу, чем аскет,

И чем мудрец, что знаньем нагружен,

Хранит ревниво груз былых времен.

Сними с него его бесценный хлам,

И он немного будет весить сам’.

Это очень близко к христианской «нищете духа». Только нищий духом, сбросивший все оболочки, провидит внутреннее — то, что сбросить нельзя. И тогда он понимает, что все явленное подобно листьям одного Дерева, имеющего единый тайный корень:

Так не стремись определить, замкнуть Всецелость в клетку, в проявленье — суть.

В бессчетных формах мира разлита

Единая живая красота,

То в том, то в этом, но всегда одна, —

Сто тысяч лиц, но все они — она.

Она мелькнула ланью среди трав,

Меджнуну нежной Лейлою представ.

Любой влюбленный слышал тайный зов И рвался к ней, закутанной в покров.

Но лишь покров, лишь образ видел он И думал сам, что в образ был влюблен.

Она приходит, спрятавшись в предмет,

Одевшись в звуки, линии и цвет,

Пленяя очи, грезится сердцам,

И Еву зрит разбуженный Адам.

И всей душой, всем телом к ней влеком,

Познав ее, становится отцом.

С начала мира это было так До той поры, пока лукавый враг Не разлучил смутившихся людей С душой, с любимой, с сущностью своей.

И ненависть с далеких этих пор Ведет с любовью бесконечный спор.

И в каждый век отыскивает вновь Живую вечность вечная любовь.

Божий лик — не предмет среди предметов, а Суть всех предметов. И узнавание этой Сути есть высшая полнота бытия, чудо любви, открытие родства всех со всеми. Только великому духовному опьянению можно уподобить это чудо:

О, вино, что древнее, чем сам виноград,

Нас зовет его блеск, нас пьянит аромат!

Только брызги одни может видеть наш глаз,

А напиток сокрыт где-то в сердце у нас.

И далее:

«В чем природа вина ?» — раз спросили меня.

Что же, слушайте все: это свет без огня,

Это взгляд без очей и дыханье без уст,

Полный жизни простор, что таинственно пуст,

То, что было до всех и пребудет всегда...

Это несказанное, о котором можно говорить только парадоксами. Это заново хлынувший переизбыток Духа, которым захлебнулся Мухаммед и оборвал свою речь одним восклицанием:

«О, если бы вы знали!»

Поэзия суфиев сплетает и расплетает высокое и низкое, земное и небесное, опьянение вином и опьянение чувством единства мира, любовь к Богу и к женщине. В стихотворениях персидских классиков любовь соловья к розе имеет правоверное религиозное толкование

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.