Библиотека

Великий и Могучий стр. 122

Размер шрифта
-
+
Тема

итог своих трудов показывать не пожелал, а они особо и не настаивали.

Павел впустил Рогова в квартиру (Лебедев этого делать категорически не захотел), тот тщательно запер за собой входную дверь и уверенным шагом проследовал в комнату, где за столом сидел хозяин квартиры.

— Слов не нужно, — попросил капитан. — В этой квартире установлена прослушка, так что содержание вашего разговора мне уже известно. Борис Павлович, полагаю, вы понимаете, какое наказание будет на вас наложено. Под суд вас отдавать не за что, вы не нарушили ни одного российского закона. Отправить несколько писем — это совсем не преступление. Но, к счастью, есть высший суд, наперсники разврата, как говорится. В моём лице. Вы парализовали работу над важнейшим оборонным проектом, причём сознательно! А разговор с полковником состоится чуть позже, но состоится обязательно! Ваши действия — в чистом виде государственная измена, и безнаказанными они остаться не могут.

— Не спешите вы так. Прочитайте сперва вот это, — предложил Лебедев и протянул Рогову тот лист бумаги, на котором распечатал текст своего якобы завещания.

— Спешить действительно некуда, — согласился капитан. — Отчего бы и не прочесть? Сочтём это исполнением последнего желания приговорённого.

Рогов погрузился в чтение. Глаза его заблестели, дыхание участилось.

— Профессор ему что, порнуху подсунул? — поинтересовался Павел у Нины, но та лишь недоумевающе пожала плечами, ведь ей было известно не больше, чем супругу.

— Да! — радостно вскрикнул Рогов, дочитав до конца. — Именно так! Полностью согласен! Каждый болельщик имеет право, нет — даже обязан, увидеть мундиаль собственными глазами!

— Что такое мундиаль? Первый раз слышу это слово, — призналась Нина.

— Не может быть! — усомнился Павел. — Мундиаль — это финальный турнир чемпионата мира по футболу. Это слово постоянно звучит в новостях.

— А, футбол, — презрительно протянула Нина. — Знаю, как же не знать! Двадцать два бугая в течении полутора часов гоняют один мяч. Так или примерно так описывал когда-то это, без сомнения, очень полезное для общества занятие Аркадий Исаакович, но не Гринберг.

— Вот я полтора часа и посмотрю, как они это делают, — сообщил капитан, довольно улыбаясь. — Южная Африка, конечно, безумно далеко, но самолёты туда регулярно летают, так что уж как-нибудь доберусь. А то, чем я занимаюсь здесь — это самая настоящая фигня!

— Вышибающее письмо, — догадалась Нина. — Профессор явно мастер своего дела!

— Ну, что ж, Борис Павлович, я так понимаю, вы очень хотите, чтобы я немедленно отправился в ЮАР. Я так и сделаю, считайте, что ваше желание уже исполнено. А с фигнёй постараемся покончить как можно быстрее. Вот сейчас я быстренько вас убью, и — курс на мундиаль!

— Может, не надо

его убивать? — попросила Нина. — Он вроде хороший дядька, да и патриот России, каких ещё поискать.

— Вы что, жалеете его, Нина Георгиевна? Напрасно. Он вот вас совсем не пожалел.

— О чём это вы, Анатолий Семёнович?

— Сейчас объясню. Вы же знаете, что «Русский мир» строго засекречен. Господин Лебедев вам выложил всё, что сам о нём знал, а ему было известно очень многое. Я обеспечиваю необходимый уровень секретности проекта, и что, по-вашему, я теперь вынужден с вами сделать? И всё это только потому, что Борису Павловичу показалось неправильным умирать в гордом одиночестве!

Что означают слова Рогова, Павел догадался очень быстро. Потому пока Нина

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.