Вернуться в осень стр. 10
Царство; и будут глады, моры, и землетрясения по местам… И по причине умножения беззакония во многих охладеет любовь». Ясно. Армагеддон. И вы туда же…
Старик удивился:
– Начитанный… Но до ума еще не добрался. Хоть и не зелен уже.
Молодой благодушно вступился:
– Ладно, дед. Парень просто не там стоит. Не знает, что все вокруг – химера. И есть другая, настоящая жизнь.
Ого. С подтекстом. Сергей нахмурился:
– А смерть?
– У Бога нет смерти…
Сергей закрыл глаза. Искромсанные стены, изрезанные бороздами глубоких царапин, изрешеченные мебель и стулья, покрывающее пол сплошным покрывалом битое стекло, и много, много крови. В ушах на самой высокой ноте застыл пронзительный от ужаса женский крик… Там просто не могло остаться ничего живого. Или благодарного… Он видел это место. И это – переход в жизнь вечную? Он открыл глаза:
– Я знаю.
Неожиданно молодой изумленно привстал:
– О, о, о…
Сергей не на шутку встревожился – он побледнел прямо на глазах. Старик удивленно поднял брови.
– О, она проступает… Смотрите! Это – женщина…
Все разом склонились к «иконе». Все, кроме чернобрового…
Сквозь покрывавшую неровную черноту поверхности яснее проступили очертания красивого в своей правильности лица. Четче обозначился овал безукоризненной формы, темные волосы, убранные под ниспадающее мягкими складками покрывало, приоткрытые, словно что-то говорящие губы. Двумя пятнышками выделялись глаза с темными, почти черными зрачками. Усилился и эмоциональный фон – сдвинутые изогнутые брови и сузившийся взгляд молил и почти требовал… Чего? Какой-то странный взгляд – знающий… Как будто она все про него знает. Что-то в нем было знакомое… Однако. Сергей с удивлением поднял голову и сразу встретился с пристальным взглядом чернобрового. Сходство было достаточно заметным.
– Ты только посмотри… Господи. Она вышла… – Старик поднял руку, но не перекрестился, а изумленно провел по бороде.
– Кто – она?
Широкобородый немного испуганно глянул на Сергея и покосился на чернобрового. Тот не ответил.
– Тебе надо?
Кто он такой? Лежит себе тихо. И смотрит…
– Нет.
Скрипнула кровать, чернобровый поднялся, одернул брюки и подошел к столу. Старик и молодой разом замолчали и посерьезнели. Некоторое время самый странный из присутствующих, слегка нагнувшись и оперевшись рукой о стол, смотрел на «икону». Потом поднял глаза на Сергея:
– Это Асмодей.
У него был низкий и тихий, с хрипотцой, голос.
– Асмо… Кто?
– Демон ночи. Этому изображению более трех тысяч лет.
Сергей с удивлением покосился на доску:
– Это девушка…
– Падшие ангелы могут принимать любое обличье.
Старик и молодой молчали. Чернобровый не сводил глаз с Сергея. Чушь. Глупости. Какой-то фокус… Но происшедшее на его глазах чудо, как доказательство действительности, лежало перед
ним. Сергей взглянул на окно:
– Но тогда, согласно легенде, сейчас должен прогреметь трубный зов летящих ангелов, собирающих род людской на Страшный Суд…
Все как по команде посмотрели в окно. Дождь кончился и выглянуло солнце, отражаясь в лужах и бесчисленных капельках воды на траве и на мокрых листьях березок. Чернобровый не заметил иронии в его голосе:
– Не обязательно. Есть еще одна причина. Здесь есть кто-то, которому предначертана встреча.
Старик и молодой с удивлением смотрели на Сергея. Похоже, у них его слова не вызывали сомнений.
– Я? Зачем?!
– У падших духов, как и у ангелов, есть своя персонификация. Асмодея невозможно победить без Бога.