Вернуться в осень стр. 339
– Эния, – умоляюще сказал Сергей. – Ну доверься мне, просто – доверься. И ни о чем не спрашивай, ладно?
Это было все равно что яркое и красноречивое «да». Она почувствовала, что понемногу теряет под собой опору, в горле пересохло, но она боялась протянуть руку и взять бокал – рука дрожала как сумасшедшая в такт гудящему, как пожарный набат, сердцу. Потому что только одно существовало на свете такое, что он не мог ей сказать, только одно – и именно из-за нее, из-за нее самой. Потому что если не окажется правдой, то такое нельзя переживать дважды…
– Эния… – сказал Сергей. – Ты потом поймешь меня.
Все. Больше она не могла. У нее просто не было сил не знать. Потому что иначе можно просто тихо сойти с ума.
– Сережа… Сережка, миленький мой, скажи. – Это был просто слабенький просительный всхлип. – Ты расспрашивал Авалю… Появилась какая-то надежда насчет Рады, да? Она, может, еще жива, а?
– Эния. – Он положил локти на стол и с силой взлохматил волосы. – Эния, ласточка ты моя… – Не получилось, ну никак не получилось. Да и разве можно обмануть Мать? – Эния, я не хочу, чтобы у тебя появилась надежда, понимаешь? Ведь совсем ничего не известно, я просто хочу кое-что проверить…
– Сережечка… – По ее щекам покатились крупные прозрачные слезы. – Сережечка… Ну хоть чуточку, хоть самую малюсенькую чуточку – есть, а?
– Нет, Эния, нет. – Он сокрушенно вздохнул. – Не бери ничего в сердце, не надо, а то потом… Потом жить будет просто невмоготу.
– Я буду стараться, Сереженька, буду как могу. – Она всхлипывала и глотала слезы. – Буду изо всех сил. И буду ждать тебя… Каждый день, каждый вечер, каждый час…
– Жди, Эния, жди. – Он оглянулся на заходящее солнце. – Потому что это помогает, всегда помогает тому, кто в пути. Ночью Рох мертв, и там не сделать ни шагу. Поэтому если я вернусь – а я обязательно вернусь, – то вернусь вечером. Только, пожалуйста, не надейся зря…
– Я буду ждать, Сережка, каждый вечер. – Она оглянулась, потом достала платок и начала вытирать слезы. – Отсюда дорога к замку как на ладони. Я каждый вечер буду здесь прежде, чем зайдет солнце. Как сегодня. И буду молить Бога, и смотреть на дорогу…
– И чтобы, как и сегодня, – улыбнувшись, сказал Сергей, – на столе стояла бутылка ангорского рома. И твои лучистые синие глаза… Тогда сюда будет просто невозможно не вернуться…
Глава 6Шульга осторожно выглянула из кустов – цепочка трех сторожевых тарантулов скрылась среди высоких деревьев Голубого леса. Она вздохнула и огляделась. Ее ищут, ее давно уже ищут. Но пока
еще не здесь – иначе бы перед ней прошли не сторожевые тарантулы и вряд ли бы остался хоть пятачок необшаренной земли… Никто не думает, что она у Черты.
Шульга медленно двинулась дальше – вдоль клубящейся в себе самой Голубой стены. За которой начиналось то неизвестное и страшное, которое доносилось сюда всполохами непонятных страхов и ужасов, заставлявшее от чего-то сжиматься и тревожно колотиться сердце и застывать в волне холодного беспокойства разуму. Там начинался туман Роха. Неизвестный и пустой и наверняка опасный, но… За ним была земля, где жили люди. Жили, ходили, разговаривали, спорили и… любили. Какой бы он ни был, это