Вернуться в осень стр. 354
Рада. – Оно приближается…
– Ничего не приближается, – спокойно сказал Сергей. – Это Рох. Тут всегда что-то кажется. Даже наоборот, – он усмехнулся, – ничего страшного. Я ожидал хуже. Почему ты так этого боишься?
– Это место, где совсем нет Неба…
– При чем здесь Небо? – вздохнул Сергей. – Рох тоже находится под небом, и что? Бегает разная пакость…
– Я про другое, вы не понимаете. Я про душу, про то, что надо беречь и хранить в ней…
– При чем тут душа, девочка моя? – устало проговорил он. – Как и Бог? Разве Ему трудно избавить эту землю от Роха?
– Наверное, люди должны понять сами…
– А если они не понимают? – Он нахмурился. – Разве нельзя подсказать?
– Он и подсказывает. – Рада вдруг подняла головку и очень серьезно глянула на него. – Только люди не хотят это видеть. Не хотят анализировать и сопоставлять: когда, в каких случаях – хорошо, мирно и как-то добро в душе…
– Анализировать… Сопоставлять… – мрачно усмехнулся Сергей. – Слова-то какие… Откуда только ты это знаешь, про мир и доброту, а? Вас ведь этому не учили.
– Я старалась это искать…
– Все равно. – Он сердито потряс веткой – огонек судорожно колыхнулся. – Ну не дошли люди до души, до сердца, ну не выросли еще… Неужели нельзя сказать прямо?
– Он уже говорил однажды. – Девочка опять глянула на него с какой-то тревогой. – Очень давно. Все знают это. Но опять-таки – не хотят понимать…
– Чего тут понимать? – с сарказмом усмехнулся он. – Ну тугодумы, пускай так! Сам такими создал. Можно было бы и повторить.
– Никто не поверит…
– Можно повторить так, чтобы все поверили! – Его глаза сверкнули. – Увидели и сказали: «Да, это Бог!»
– Тогда не будет веры, – почему-то тихо сказала маленькая Рада. – Тогда будет твердое знание. А Небу нужна вера…
– Вера, – начал закипать Сергей. – С какой стати вера лучше знания? Чушь собачья.
Он почувствовал поднимающееся глухое раздражение: «Прямо не девочка двенадцати лет, а профессор! Все знает! Еще и спорит с ним! Еще и учит его, мелюзга такая… Еще и сопит что-то там под рукой… Какого шута я вообще с ней спорю? Что это она, опять плачет?»
– Разве вы не видите? – Она смотрела на него снизу влажными глазами. – Разве не чувствуете? Это уже не вы! Оно пытается подчинить вас!
Сергей с силой встряхнул головой – Боже… Елки же ты палки! Что это на меня нашло такое? Откуда такой сарказм и раздражение? Он покрепче прижал Раду к себе:
– Маленькая моя, не слушая меня, ладно? Что-то нашло такое… Тебе не холодно?
– Нет. – Она глубоко и с облегчением вздохнула. – Совсем нет.
«Она совсем-совсем взрослая, – думал Сергей, глядя на нее. – Хоть и выглядит девчушкой. Бедная ты моя, бедная…»
«Елки-палки. А ведь действительно тут явно чего-то не хватает… Спокойствия, душевного равновесия, уверенности в своем, в своей правде, терпения… Да-да, терпения, даже маленького, самого обычного, человеческого терпения. Особенно к кому-то, кто хоть немного, хоть в чем-то с тобой не согласен. И стоит хоть чуть дать волю своим мыслям, которые не очень хорошие, тут же поднимается огромное раздражение и злость… И еще… И еще – почему-то все кажется глупостью. Да-да, настоящей глупостью. Ого, это уже даже интересно… Все, что раньше было основой моих взглядов, основой моей уверенности в правильном,