Вернуться в осень стр. 404
на казнь…
Эния опять открыла и закрыла рот и опять хлопнула своими пушистыми ресницами. Нивер Олди молчал, не отрывая от Сергея внимательных глаз.
– Тоже мне раскаявшийся… Самоненавистник… Ты знаешь, что такое ненависть к себе? Ненависть к себе – это когда позволяешь считать себя за дерьмо всем, а не только самому себе… Легкой дороги захотел? В том числе и к смерти? Ты всегда, всю жизнь искал легкой дороги! Всегда и везде! Делал только то, что хотелось тебе! А ты когда-нибудь спрашивал, – он придвинул прищур нахмуренного взгляда почти вплотную, – что хочется Гуляне? А хотят ли отца Гука и Люка?
Бывший арестант отшатнулся
как от пощечины – в глазах мелькнула растерянность… Сергей повернулся к нему спиной.
– Поехали, Эния. Пусть идет куда хочет – вешаться там или бросаться головой со скалы… Куда потащит его никогда не побежденная им самим гордость.
– Возьмите… – Принцесса подняла его руку и положила в нее мешочек с монетами – тот поднял на нее расширенные глаза и, отрицательно мотнув головой, протянул деньги обратно.
– Опять гордость? – сказала принцесса и, вставив ногу в стремя, вскочила на лошадь. – Там только на первое время. Побрейтесь и переоденьтесь. А потом… А потом начните новую жизнь. Такую, чтобы искупать свои грехи и не бояться смотреть людям в глаза.
– Миледи… – Он сделал шаг – в его глазах впервые мелькнула мольба. – Милорд. Пожалуйста, скажите… Откуда вы узнали про Гуляну и Гука с Люка.
– Я видел их. – Сергей тоже вскочил на коня и натянул повод. – Около месяца назад. Все живы-здоровы. И от тебя никто не отказывался.
Он стоял перед ними, заросший, нечесаный, грязный, истосковавшийся, перегоревший и очень-очень одинокий, но произошло что-то, что сразу причислило его к разряду людей – живых и нормальных людей. На его глазах выступили слезы.
– Я ведь никогда не смогу…
– Сможете, – сказала Эния. – Теперь – все сможете. Посвятите свою жизнь помощи тем, кому она больше всего нужна. И я знаю, придет то время, когда с вас снимут отлучение от церкви, простят все былое и объявят в законе в Ассане. И тогда вы со спокойной совестью обнимете свою семью. Вот радости-то будет…
– Поехали, Эния. – Сергей безнадежно смотрел на солнце. – Вечером в замок, надо хоть немного отдохнуть и приготовиться.
По булыжнику площади застучали копыта двух лошадей – продавцы у лотков проводили их сонными взглядами. Нивер Олди молча смотрел им вслед, пока они не скрылись за поворотом, потом побежал следом, быстро выровнял дыхание в легком темпе и перешел на ровный, тренированный бег…
Глава 4– Юрм, ты был внизу? Сколько сейчас времени?
– Полвосьмого, господин лорд.
Сергей тяжело вздохнул: «Эх, женщины вы, женщины…» – и посмотрел на запертую дверь спальной комнаты: Эния собиралась. Последние полчаса дверь не двигалась, оттуда лишь изредка доносились приглушенные голоса двух женщин, занятых невероятно серьезным делом – одной собирающейся и другой – ей помогающей в этом нелегком, сложном, важном и ратном труде…
Женщины везде одинаковы. Во всех мирах и, наверное, на всех планетах. Если изящный бюст или тонкая талия не подчеркнуты, или прическа не выделяет длину шеи и безукоризненность ровных плеч, или линии бровей и росчерк глаз недостаточно выразительны – это трагедия, примерно на уровне извержения вулкана или