Ветер и меч стр. 21
сооружение такого рода не составит особого труда, однако потребует времени, а ничего, напоминавшего лук и стрелы я здесь не заметила. Поэтому, просчитав, что если и вышлют за мной погоню, она запоздает надолго, я могла особенно не торопиться на обратном пути. Другое дело, что у них наверняка есть связь с племенами — вот чего следовало опасаться, не сейчас, так вскоре…
Так я снова оказалась в лесу, который сразу пришелся мне не по нраву, и теперь я знала, почему. Недаром все мысли и сравнения, приходившие мне в голову, были о смерти, тлении, гнили. И сам лес я назвала мертвым, несмотря на внешнее буйство цветов и плодов. Напрасно я тогда уговаривала себя, что здесь земля Богини, и не мне судить это место. Здесь ощущался знак, что Богиня, некогда обитавшая в этих краях, оставила их. А то, что мне пытались выдать за ее присутствие — это принаряженные останки. Маска со змеями вместо живой змеи.
Когда я добралась до водоема, у которого отдыхала в прошлый раз, стемнело. А я была порядком измотана и решилась вновь переночевать здесь.
Опустившись на землю, я прислонилась спиной к дереву — что оно могло мне сделать теперь? — и обнаружила, что не все змеи меня покинули. Обруч на моей шее — я его носила всегда — обвила тонкая золотая змейка. И это тоже стало знамением. На обруче был прикреплен знак Новой Луны — тонкий серп. А змея, как учат нас в храмах, также означает Новую Луну — то воплощение Богини, которой служу я.
Осторожно отцепив змею от обруча, я сказала: «Гуляй, сестра», и опустила ее на землю. Она заскользила к водоему — тонкая золотая полоса среди черной травы.
Если угодно, знамения можно разглядеть во всем. Но ведь я не предсказательница.
Не знаю, что я почувствовала сначала, проснувшись — лучи солнца на запрокинутом лице, либо телом — отзвук копыт, отдающийся по мягкой земле. Я напряглась, но, послушав немного, вновь, по-прежнему опираясь оствол, свободно откинулась, забросив руки за голову.
Я уже видела их тени, отразившиеся в водоеме — трое всадников, одна лошадь запас-ная. Кирена, Ихи и Митилена.
— Привет Военному Вождю! — провозгласила Кирена.
Очень она мне нравилась в это мгновение — сидит верхом, как пастушка на корове, ухмылка от уха до уха, волосы торчат… Это нам не маска с поддельными змеями, это маскировка, достойная восхищения.
Я сделала приветственный жест, не вставая с земли.
— Нас прислала Хтония, — сказал Ихи, единственный, кто, кажется, чувствовал потребность объяснить свое появление.
Я была несколько удивлена, увидев его верхом — атланты, как уже было помянуто, ездили в колесницах. Мальчик быстро учился. Еще раньше я заметила, что он перестал брить голову, и сейчас из-под головной повязки выглядывала белобрысая, с уклоном в рыжину, щетина. Того и гляди, бороду решится запустить…
Митилена не говорила ничего.
— А вид у тебя, Военный Вождь, — заметила Кирена, оглядывая меня, — прости меня Богиня, будто тебя малость пожевали и выплюнули.
— Не без этого, Кирена, — сказала я, вставая.
Митилена молча протянула мне флягу, и тут я вспомнила, что моя собственная давно пуста, и Богиня знает, сколько времени прошло с тех