Викинги (сборник) стр. 537
отличную скорость – около одиннадцати узлов (то есть одиннадцать морских миль в час, что составляет чуть больше двадцати километров). Мореходам пришлось пережить несколько напряжённых штормовых дней, но за всё время плавания боковой руль не подвёл их ни единого разу ! Более того, по отзыву капитана Магнуса Андерсона, даже при жестоком ветре и сильнейшем волнении судном без труда управлял всего один человек ! Чего после этого стоит описание плавания викингов из романа современного автора: кормчий отдаёт команду, и двое рулевых «синеют от натуги, поворачивая рулевое весло»… Вот уж действительно, не зная броду, не суйся в воду!
Однако, при всей физической
лёгкости управления кораблём, занятие это очень ответственное, требует большого внимания и сосредоточения и потому весьма утомительно. Достаточно вообразить себе холодную штормовую ночь и волны, хлещущие через борт, чтобы представить, каково приходилось рулевому, – он ведь, в отличие от остальных, не мог даже согреться греблей. Чтобы как-то облегчить ему жизнь, на корме устраивалось специальное сиденье. Оно было расположено выше обычных скамей, таким образом, что головы товарищей не заслоняли рулевому обзор.
МачтаКорабль викингов не выглядел особенно «стройным». Так, у Гокстадского корабля при длине корпуса двадцать три с лишним метра высота мачты составляла, по мнению учёных, не более двенадцати метров; как будет показано ниже, изрядная площадь паруса достигалась в основном за счёт ширины. Но многие ли теперь знают, что мачты на кораблях викингов делались… съёмными ? Команда могла поднять или опустить её в случае необходимости самостоятельно, не прибегая к каким-либо подъёмным устройствам вне корабля. Мачта ставилась на тяжёлый деревянный упор (этот упор за его форму называли «мачтовой рыбой»), задвигалась надёжным запором и растягивалась тремя прочными канатами: спереди – штагом, а по бокам – вантами, несколько смещёнными назад. В следующей главе будет показано, что рей с парусом мог устанавливаться в самые разнообразные положения. В том числе и в такие, когда ванты начинали мешать. Поэтому крепление вант было устроено так, чтобы в случае необходимости их было легко отвязать (поморскому «отдать»), а впоследствии так же легко закрепить, да ещё и как следует натянуть.
Когда возникала необходимость снять мачту? На долгой стоянке; в тех случаях, когда корабль вытаскивали на берег из-за необходимости волока или собираясь поместить его на зиму в «науст» – корабельный сарай. Когда надо было скрытно подобраться куда-то или, наоборот, спрятаться за невысокими островами… В общем, очень полезное изобретение.
Наверху мачты иногда укрепляли флюгер. Флюгеры, сделанные в виде поворотного металлического крыла, богато украшались и бывали даже позолочены. Кроме того, мачту использовали для своего рода сигнализации. Знаком воинственных намерений был красный щит, поднятый на мачту для всеобщего обозрения. Существовало даже выражение «плыть туда-то и туда-то с красным (или боевым) щитом» – то есть отправиться в боевой поход. Мирные намерения обозначал белый щит. Кроме того, во время плавания нескольких кораблей на мачту могли повесить фонарь, чтобы не потерять друг друга и не столкнуться в ночной темноте.
ПарусДругая «тонкость» связана с парусным вооружением корабля. Иногда его также награждают эпитетом «примитивный»: ну как же, один-единственный прямой парус, устроенный, кажется, без особенных ухищрений. Можно ли, мол, сравнивать его с белыми крыльями красавцев-клиперов или современных яхт, оптимальную форму и размер парусов