Викс : Книга 2. Ключник стр. 109
придержал, не желая вдаваться в спор о моральных ценностях, так как Жальник с легким раздражением в голосе продолжал развивать тему:
— Вот ты говорил, что в Крепости до сих пор не знают, как произошел прорыв. И все уверены, что ракши проникли через охотничью стоянку. Да, большинство низуши погибли в тот день, я лично видел их трупы, что косвенно подтверждает эту лживую историю. На самом деле все было не совсем так.
— Тайный проход? — тут уже нахмурился и я.
— Да. Это низуши впустили ракшей в подземелье Крепости. Однозначно. Я видел их трупы, когда мохнатые вытаскивали меня связанным через этот туннель. Парочка валялась в туннеле, а парочка аж в долине. Что-то пошло не так, и коротышки нарвались на неприятности, которые приготовили другим. Естественно, что они утаили свою истинную роль в этом вторжении. Резонно побоялись, что изгоям это очень не понравится.
— А сами ракши что говорят об этом вторжении? Ты ведь у них долго просидел, наверняка что-нибудь да слышал.
— Да ничего не говорят. Словно ничего и не было. У кошаков память короткая.
— Возможно, это произошло случайно, — я задумался, рассуждая вслух. — Обнаружили тайный проход, открыли. И нарвались на рейд, спешащий к подъемнику. Стечение обстоятельств. Увидев такую возможность, ракшасы с радостью поменяли цель похода. По мне, вырезать врагов и собрать богатую добычу в виде кридов куда веселее, чем умирать возле Башни Крика.
— Они едва тебя не прикончили, а ты стараешься их выгородить? — Голос разбойника снова отвердел, налился злостью. Не так уж он и спокоен, как мне показалось при первом знакомстве. Просто хорошо умеет скрывать последствия расшатанных нервов.
— Выгородить? Нет. — Я покачал головой. — Просто рассуждаю. Прикидываю варианты. По опыту знаю, что не бывает черно-белой правды. Всегда есть причины для любых поступков. И я хотел бы знать, почему они так поступили, в чем причина и смысл этого заговора.
— Ну, я тебе могу это растолковать вполне доступно. Низуши наверняка рассчитывали, что наберут своих родичей вместо людей, но вышло обломинго — система нагнала в Крепость охтанов. А второй раз такой трюк вряд ли возможно повторить, не раскрывшись. Если те же дал-рокты узнают правду, то коротышки станут уже натуральными изгоями. На них откроют охоту и загонят в Усыпальницу. Навечно. Ладно, хорош о грустном. Сейчас меня больше интересует другое. Сколько тебе понадобится шкур, чтобы смастерить панцирь на меня?
— Смотря какого размера звери, — я тоже был рад смене скользкой темы, хотя про себя подумал, что не обязательно все так очевидно, как это выглядит с его слов. — Если такие, как последний нюхач, то не меньше двух. Габариты у тебя приличные. Но лучше сразу три, сделаю заодно наручи и поножи, для нас обоих. А если использовать для прочности в два-три слоя, то…
— Ясно. Чем больше, тем лучше. Про поножи и наручи — это ты меня порадовал. Твои сюрпризы начинают мне нравиться. Надеюсь, и фейри твоя не подкачает.
— Но ты должен учитывать, что я не смогу сделать вещи по уровню выше своего, — предупредил я.
— Мелочи, — хмыкнул "викинг". — Ты на меня посмотри. Это все равно лучше, чем ничего. Я так полагаю, что имеет значение, из какого материала делается панцирь?
— Скорее всего — да. Чем крепче тварь, тем лучше.
— Тогда мы пришли по адресу.
Он вдруг остановился, и я только сейчас заметил торчащую из снега полукруглую арку из белого камня. Словно поставленная на ребро фарфоровая ручка от гигантской разбитой чашки, она полностью терялась на фоне окружающего ее снега — белое на белом и высотой всего по пояс. Я подъехал ближе и, не слезая с дикоши, очистил ладонью участок арки от снега, затем всмотрелся в незнакомые символы, которые проступили на поверхности каменного обруча. Система словно нехотя подсветила:
"Седьмая печать сферы Стикса". Состояние: деактивирована, 60 % повреждений. Для активации требуется ключ и доступ хозяина Башни Крика.
— Ты ведь понимаешь, что это означает? — от волнения у меня перехватило дыхание и сильнее забилось сердце.
— Что нам по-прежнему нужно попасть в Башню Крика и выполнить эпик, — донесся из-за плеча насмешливый голос Жальника. — Ничего не изменилось. Ну, налюбовался? А теперь замри и гляди в оба.
Я резко обернулся. Скинув на снег меховой плащ, Жальник повел широкими плечами, разминаясь, и обманчиво неторопливым движением выхватил из ножен на поясе короткие парные мечи. Полуметровые лезвия вспыхнули призрачным зеленым сиянием, выписывая в воздухе замысловатые светящиеся восьмерки и отбрасывая на снег ядовитые отблески. Магический