Виллем Баренц стр. 3
и веселые краснощекие вязальщицы кружев оставили свою работу, чтобы увидеть отплытие судов капитана Виллема Баренца. Ровно в полдень корабли оделись парусами и под приветственные крики вышли в море. Словно огромные белокрылые птицы, подгоняемые свежим попутным ветром, удалялись они все дальше и дальше на север навстречу неизвестности. Капитан Баренц задумчиво смотрел на белевшие пеной верхушки волн. Принесет ли этот поход славу его стране или окончится так же безрезультатно, как и плавания англичан? Он тщательно изучил все известные материалы о плавании по северным морям к востоку от Мурмана и Белого моря. Обойти с севера лежащий на пути остров Новая Земля ему казалось лучшим решением вопроса. Зачем тратить время на ожидание того часа, когда улучшится ледовая обстановка в Карских Воротах или Югорском Шаре?
5 июня корабли Баренца соединились с двумя другими судами экспедиции и спустя восемнадцать днем достигли острова Кильдина, расположенного вблизи Кольского залива. Стояла чудесная погода. Ярко светило солнце. Ветер держался попутный. Небольшая волна мало беспокоила корабль. Среди безбрежного простора голубого моря изредка взлетали вверх струи воды, выпускаемые китами.
Миновав остров Кильдин, корабли Баренца взяли курс на северо-восток, в то время как два других судна экспедиции под командованием Бранта Тетгалеса и Корнелия Ная направились к Югорскому Шару.
Из донесений амстердамских купцов, торговавших с Московией, Виллем Баренц, знал, что русским известен путь далеко на восток от Новой Земли и они ездят с товарами в Татарию, где имеются огромные и могучие, как море, реки Обь и Енисей. Дальше находится мыс Табин, а за ним прямой путь на юг в Китай.
Корабли шли на северо-восток. Накрапывал дождь. Временами надвигался густой туман. Видимость сокращалась до нескольких метров, и суда ложились в дрейф.
Изредка бросали за борт лот, чтобы определить глубину моря и убедиться в том, что экспедиция находится вдалеке от мелей и берегов.
Через несколько дней погода прояснилась, солнце выглянуло из-за туч и глазам путешественников представились горы Новой Земли, покрытые ледниками и недавно выпавшим и еще не растаявшим снегом.
Зайдя в удобную, хорошо защищенную от ветров Северную Сульменеву бухту, названную путешественниками заливом Ломсбэй, Баренц и его спутники высадились на берег. На черных скалах, окружавших бухту, виднелись тысячи белогрудых кайр, оглашавших своими криками окрестности.
На берегу голландцы нашли старую мачту русского корабля, повидимому потерпевшего крушение недалеко от острова. Баренц приказал водрузить эту мачту как знак пребывания нидерландских путешественников на Новой Земле.
Через несколько часов путешественники покинули бухту и продолжали плыть на север.
Однажды моряки заметили на льдине белого медведя. Гулко в арктической тишине прозвучал ружейный выстрел. Раненый зверь прыгнул с льдины в воду. Баренц вместе с несколькими матросами погнался за ним на шлюпке. Накинув веревку на шею медведя, подтащили его к лодке. Медведь с диким ревом ударил по ней лапой и навалился на корму. Казалось, еще мгновение — и зверь очутится в крохотном суденышке и растерзает находившихся в нем людей. К счастью, веревка, плотно обхватывавшая, шею медведя, зацепилась за руль и удержала зверя. Моряки воспользовались этим, палками спихнули медведя в воду, а затем благополучно доставили его к «Меркурию», где закололи.
День за днем, лавируя между островами, мелями и подводными скалами, корабли Баренца поднимались на север вдоль западного