Властелин Руси стр. 10
— Только я туда не ходок, — честно предупредил он.
Порубор кивнул.
— Есть у меня на примете один важный купец, — задумчиво протянул он. — Тоже, говорят, поохотиться надумал — дело завлекательное, да и мясо ни в каком доме лишним не будет, хоть у смерда, хоть у купца, хоть у боярина любого. Ежели дорожку не перебежит Ерофей Конь, столкуемся с гостем. Вот, в корчму Мечислава и приглашу.
Ярил бросил на отрока быстрый взгляд:
— Что за гость-то?
— Изрядный гость, важнейший купчище. — Пору-бор потер ладонями румяные щеки. — Уж ежели Ерошка Конь не…
— Да кто же? Отрок улыбнулся.
— Харинтий Гусь, — значительно постучав кулаком по столу, произнес он.
— Харинтий?! — разом воскликнули гости.
— Харинтий, Харинтий, не ослышались, — повторил Порубор. На губах его играла довольная улыбка.
Еще б было не радоваться! Харинтий Гусь — человек в Киеве не последний. Удачливый купец и работорговец, человек, имевший немалый вес во всех гильдиях киевских — и не только киевских — купцов, Харинтий мог позволить себе любую охоту, практически не считаясь с затратами. А поскольку леса близ самого Киева в большинстве своем принадлежали либо крестьянским общинам-вервям, либо боярам, либо самому князю, Харинтий Гусь мог рассчитывать только на относительно дальние пущи, что, принимая во внимание и свиту купца, было лишь на руку Порубору в смысле оплаты. Лишь бы только удачу не перебил давний конкурент Ерофей Конь, промышлявший тем же самым, что и отрок. Перехватить Харинтия Ерофей вполне мог — окрестные леса знал как свои пять пальцев. Впрочем, Порубор выглядел не в пример представительнее и вполне обоснованно надеялся на свой успех. Надев лучший кафтан и синий, шитый серебром плащ, он уже днем отыскал ярыжек купца и, представившись, назначил встречу в корчме Мечислава-людина. Знал, отличавшийся веселым нравом Харинтий обожает подобные заведения.
К встрече с купцом Порубор готовился тщательно. Согнав с сундука гостей, выбрал из трех рубах лучшую — ярко-зеленую, с желто-красной вышивкой по вороту, рукавам и подолу. Поверх рубахи надел узкий варяжский кафтанец из толстого сукна теплого желтовато-коричневого цвета, подпоясался наборным пояском, накинул на плечи плащ, длинные волосы убрал под бобровую шапку с красным околышем.
— Ну, жених! — восхитился Ярил Зевота. — Как есть жених. Порубор, а давай тебя женим? По летам — пора уже.
Отрок сконфуженно покраснел, опустив глаза долу.
— Ну вас, — отмахнулся он. — Ждите, к ночи явлюсь.
— Ну да, будем мы без дела тебя дожидаться! — Ярил засмеялся. — К пристаням пока сходим, да на торг — тихохонько. Может, чего и выясним, верно, Вятша?
Вятша кивнул.
Ничего они так и не выяснили, хоть и шлялись по Подолу да пристани
почти целый день. Правда, мужик один говаривал на пристани, дескать, какой-то богатый купец собирает дев-белошвеек платы да плащи узорами вышивать-изукрашивать.
— Может, к купчине этому и подалась твоя Лобзя? — встретившись у Копырева конца с Вятшей, предположил Ярил.
— Вряд ли, — парень покачал головой. — Ну, какая из нее белошвейка? Да даже если и ушла, уж мне-то сказала бы. Хотя, конечно, проверить можно. Где, ты говоришь, девок шить собирают?
— А леший его знает, — Зевота махнул рукой. — Так и не ясно. Даже как купца звать — и то никто ничего.
— Но ведь девы-то как-то находят?
— Находят. И мы найдем. Только уж не сегодня, — Ярил посмотрел