Властелин замка стр. 167
поняла, что в мое отсутствие там кто-то был: книга, которую я оставила на тумбочке у изголовья, лежала на туалетном столике.
Я подошла и подняла ее, открыла ящик. Все, кажется, в порядке. Открыла шкаф. Все на месте.
Но книгу явно кто-то трогал.
Наверное, подумала я, кто-то из слуг заходил. Зачем? Обычно в это время они занимались совсем другими делами.
И тогда в воздухе я уловила слабый аромат духов: хорошо знакомый, мускусно-розовый запах. Чарующий аромат духов Клод.
Теперь я была уверена, что в мое отсутствие Клод побывала в моей комнате. Но зачем? Может быть, она знала, что ключ у меня, и приходила проверить, не спрятан ли он где-нибудь в комнате?
Я сквозь одежду нащупала ключ в кармане. Он был на месте. Запах исчез. Потом возник опять — слабый, неуловимый, но вполне ощутимый.
На следующий день служанка принесла в мою комнату письмо от Жан-Пьера, в котором говорилось, что он должен видеть меня безотлагательно. Он хотел говорить со мной наедине, поэтому просил прийти на виноградник как можно быстрее, — там мы могли бы побеседовать спокойно. Он просто умолял меня прийти.
Я вышла в самый солнцепек, перешла через подъемный мост и направилась к виноградникам. Все вокруг, казалось, спало в этот жаркий полдень; и когда я шла по тропинке через виноградник, увешанный спелыми гроздьями, мне навстречу вышел Жан-Пьер.
— Здесь трудно разговаривать, — сказал он. — Пойдемте туда.
Он повел меня в сторону ближайшего погреба.
Там было прохладно и, казалось, темно после яркого солнца; свет сюда проникал через небольшие проемы, и я вспомнила когда-то слышанное о том, что температуру здесь регулируют при помощи жалюзи.
Стоя там среди бочонков, Жан-Пьер сказал:
— Я должен уехать.
— Уехать, — глупо повторила я. И добавила: — А когда?
— Сразу после сбора урожая.
Он взял меня за плечи. — Ты знаешь почему, Даллас?
Я покачала головой.
— Потому что
господин граф хочет убрать меня со своего пути.
— Почему?
Он с горечью улыбнулся. — Он не утруждает себя объяснениями. Он просто приказывает. Его больше не устраивает мое присутствие здесь, поэтому, хотя я и прожил здесь всю свою жизнь, я должен теперь уехать.
— Но если вы ему объясните...
— Объяснить? Что это мой дом... так же, как его дом — замок? С нашими чувствами, дорогая моя Даллас, не принято считаться. Мы рабы... мы рождены, чтобы подчиняться. Разве ты этого не знала?
— Это глупо, Жан-Пьер.
— Нет. Я получил приказ.
— Пойдите к нему... скажите ему... я уверена, он выслушает.
Он улыбнулся мне.
— Ты знаешь, почему он хочет убрать меня? Не догадываешься? Потому что он знает о нашей дружбе. Ему это не нравится.
— Какое это имеет к нему отношение? — я надеялась, что Жан-Пьер не заметил волнения в моем голосе.
— Разве ты не знаешь, что он интересуется тобой... в некотором роде.
— Но это нелепо.
— Отнюдь. Женщины у него всегда были... а ты не такая, как те, которых он знал. Ему нужно твое безраздельное внимание... на некоторое время.
— Откуда вы знаете?
— Я хорошо знаю его. Я здесь прожил всю жизнь, и хотя он