Влюбиться после свадьбы стр. 104
ответил Раф, а потом решил объясниться. - Мы с Нико дружим, но не так, как вы с Авророй. Когда-то у нас с ним были особенные развлечения.
- Но не сейчас.
- Если бы мы остались прежними, это явно не понравилось бы Авроре.
- Вы устраивали гулянки?
Он усмехнулся.
- Вы вряд ли захотите об этом знать.
Она откровенно произнесла:
- Но я знаю, кто вы. Аврора мне все рассказала.
- И как вы теперь себя чувствуете?
- И лучше, и хуже, - ответила она, и Раф нахмурился. - Лучше, потому что теперь я понимаю: наши отношения обречены. И хуже, потому что теперь я понимаю, почему они обречены.
Раф печально засмеялся, и они продолжали идти вперед.
Прохладный воздух касался его разгоряченного тела, но общение с Антониеттой воодушевляло Рафа. По пути он рассказал ей кое-что из своей жизни.
Бесконечные обязанности, нескончаемый поток тщательно проверенных людей на роскошных яхтах и вечеринки только для избранных. И он сказал ей, как ему стало скучно. Ухаживание не вызывало острых ощущений, потому что все женщины заранее подписывали документ о неразглашении.
Но за такую безумную жизнь приходилось платить, и он знал, что его безрассудство расстраивает подданных.
- Мне надо залечь на дно, пока не заживут синяки, - сказал он.
- Они по-прежнему устрашающие. - Она посмотрела на его почерневшее плечо и фиолетово-желто-серые линии на ребрах. - И под глазом синяк.
Антониетта тихонько засмеялась, вспомнив детство.
- Что смешного? - спросил Раф.
- Однажды я нарисовала на себе сыпь, чтобы не ходить в школу.
- Это сработало?
- Я так думала, - сказала Антониетта. - Моя мама разволновалась и велела мне оставаться в постели. Я ответила, что у меня хватит сил, чтобы лежать в гостиной и смотреть телевизор.
Раф улыбнулся.
- Потом она сказала, что сыпь очень серьезная, и мне надо поесть студень из свиных ног. Я ненавижу его
больше всего на свете. Но моя мама утверждала, что это единственное лекарство от сыпи.
- И что было потом? - Раф улыбнулся.
- Я смыла сыпь и сказала маме, что мне лучше, - ответила она и прибавила: - Мне хочется нарисовать на тебе сыпь, чтобы ты остался ненадолго.
- Я тоже хотел задержаться, - согласился Раф. - Но я должен вовремя вернуться домой. Мне придется стоять со своей семьей на балконе дворца в рождественское утро. Я должен исправиться и забыть веселые деньки.
- От тебя это потребовали? - спросила она.
- Мне говорят об этом более десяти лет, - признал Раф, - но сейчас я понимаю, что время пришло. Я хочу много работать на благо своей страны, и мне надо жениться.
Он не подозревал, что будет обсуждать это со своей любовницей. Но с Антониеттой все было иначе. Раф попытался как можно мягче объяснить ей свое будущее, которое было предопределено еще до его рождения.
- Я должен жениться на той женщине, которую одобрит мой отец и его советники. Эта женщина должна укреплять связи нашей страны и понимать роль супруги наследного принца.
- И как ты к этому относишься?
Он ответил уклончиво:
- Я единственный наследник престола Тулано. Мои подданные давно ждали.