Внезапно вспыхнувшая любовь стр. 28
Надо признать, вещь хорошая. Ему нравится. Но они уже купили светлый гарнитур с обивкой в цветочек для общей комнаты и неисчислимое множество ламп, ковров и картин. За какие-то четыре часа Молли приобрела все, чтобы превратить безликое жилище Джека в настоящий дом. Если на этом не остановиться, скоро Джек в собственном доме жить не сможет – каждая вещь будет напоминать ему о Молли.
– Эй, Джек, посмотри на меня! Я Клеопатра! Пока Джек предавался невеселым размышлениям, Молли раскинулась в самой соблазнительной позе на диване без спинки, обитом черным плюшем.
– Слезай! – поспешно приказал он, оглядываясь вокруг, – не видит ли кто? По счастью, вокруг ни души не было. – Что ты дурачишься?
Молли спрыгнула с дивана и, подбежав к Джеку, поцеловала его в губы.
– Компенсирую твою убийственную серьезность, любимый. Зачем же еще мы поженились?
– Хочешь сказать, что я зануда? – изумился Джек. Молли обвила руками его шею, и ладони Джека сами собой легли ей на бедра. Как легко это получилось – она словно создана для него… Зануды не обнимают своих сотрудниц, верно? Даже если сотрудница уверена, что ты ее любимый муж…
– Ты в самом деле считаешь меня занудой? Молли насмешливо кивнула.
– Все думают, что ты весельчак, этакий рубаха-парень, но я-то лучше тебя знаю и вижу то, чего никто не видит. Ты чересчур серьезно ко всему относишься. А своих подчиненных просто балуешь, всю работу выполняешь за них. Если бы ты мог, то всю тяжесть мира взвалил бы себе на плечи. Ты святой, Джек Кавано.
– Да что ты, какой из меня святой, – возразил он, неохотно убирая руки с бедер Молли и беря ее за запястья, чтобы она не вздумала снова его обнять. – Просто стараюсь ладить с коллегами – это ведь на пользу делу.
– Да, в этом ты стараешься убедить всех вокруг. Что ты веселый, беззаботный парень, а своих сотрудников ублажаешь только потому, что от этого они лучше работают. Но я-то знаю правду.
Она не стала объяснять, что, имеет в виду, и на миг Джеку показалось, что она действительно знает правду. Нет, это невозможно. Всей правды о нем не знает никто.
– Ладно, миссис Всезнайка, – заговорил Джек, беря ее под локоть, – ты победила. Покупаем софу.
– Спасибо! – тихо промолвила Молли, и глаза ее засветились радостью.
Что-то сжалось у Джека внутри. Захлопай она в ладоши и запрыгай, как ребенок, ему, кажется, стало бы легче. Но в радости Молли не было ничего ребяческого, и Джек понял, что его согласие для нее очень важно. Непонятное чувство охватило его при этой мысли – непонятное, неопределимое и опасное.
– Пойду поищу продавца, – с энтузиазмом вызвалась Молли.
Джек смотрел, как она идет прочь – видел гордую посадку головы, изящную осанку, длинные ноги, легкую походку, – и спрашивал себя, где были его глаза? Четыре года бок о бок с ним работала настоящая красавица с чудными золотыми волосами, нежной улыбкой и удивительным чувством юмора. А он-то, дуралей, ничего не замечал.
Молли вернулась вместе с продавцом, она по-прежнему светилась от радости. Когда продавец выписал чек, Молли крепко обняла Джека и запечатлела на его губах счастливый поцелуй. Не раздумывая, Джек сжал ее плечи, взглянул прямо в сияющие ореховые глаза и увидел там то,