Вода и кораблики стр. 29
углей. «Ой, а давайте танцевать!» – вдруг вскочила Даума, и Макбет сейчас же встал и как-то деревянно подошел к Симе, и она послушно поднялась ему навстречу, но даже во мраке было заметно, что он обнял ее робко, а она его – спокойно. Вдруг опять почувствовав себя животно голым – будто он благородно пришел с демонстрацией на Красную площадь крикнуть: «Свобода и безопасность!», и прямо на брусчатке его пробрал необоримый понос – Коль сбежал на крыльцо. Это было сродни бегству от хищного гейзера: «Никакая высота не спасет!» – так и теперь все клеточки тела вопили: никакой угол не спасет! «Дед, а ты?..» – крикнула Даума, но дверь уже захлопнулась.
Сквозь сети ветвей сочился свет с негаснущего темно-жемчужного неба. Воздух был прохладным и свежим, и Коль жадно хлебал ночной таежный дух. Из скита неслись слегка усталые вскрики и топот. Плясали, видимо. Стало завидно и одиноко. Коль сунул голову в душную тьму и громко сказал: «Эй, шпана! Кончай бузить, отбой!» – «Да, уже…» – хлюпающим от смеха голосом отозвался кто-то – Коль даже не понял, кто. Из темноты на него задышали – Коль отшатнулся; отдуваясь, вышел Цию.
– Ф-фу, как хорошо… Дед, что ты с нами сделал?
– Не я это. Медок.
– Чудесный продукт!
– Больше не дам.
– Не бойся, не сопьемся. – Цию, смеясь, тронул Коля за плечо.
– Все равно. Подлое это веселье, не настоящее.
– Что же в нем подлого?
Становлюсь ортодоксальнее ортодоксов, подумал Коль.
– Какие же мы ортодоксы? – ответил Цию. – Просто хорошие робяты.
– Черт бы побрал эту вашу пси!..
– Дед, что ты! Это же такая прекрасная штука!
– Я знаю, мил друг, кака така она прекрасная.
Цию внимательно посмотрел на него. Помялся.
– Дед, мы… чувствуем себя виноватыми. Что слышим. Ты не сердись на нас, пожалуйста. Хорошо?
– С чего ты взял, что на вас? – улыбнулся Коль. – На себя.
– И на себя не надо. Когда ты вернулся сегодня из лесу, мы почувствовали…
– Черт бы вас побрал.
Цию кивнул и, вновь приоткрыв дверь, крикнул внутрь:
– Эй! Хватит париться, смертные! Дед зовет на прогулку!
И Сима вышла, будто стояла у порога и ждала, когда позовут.
Белки, белки! Медведи, куницы, лисицы… кобылицы… Девицы. Черт!
– Не на прогулку, а дрыхнуть пора! – угрюмо поправил Коль.
– Мы чуток проветримся и рухнем, – пообещала Сима. – А кстати, дед, ты ведь озеро обещал показать. Может, прямо сейчас? Светло ведь. Я такой ночи никогда в жизни не видела.
– Черта лысого, красавица, – проворчал Коль. – У тебя кровушка молодая по жилкам бегает, а мне, старику, на покой пора, погреть кости.
– Да, прости, – покаянно сказала она. – Я забыла. Очень тянет погулять, поговорить…
Вот змея… Змеи! Змеи!
– Здесь много змей? – спросила Сима.
Коль только сплюнул в сердцах и пошел к сараю. Отойдя шагов на десять, за пределы слышимости, обернулся. На крыльце стояли и дышали все четверо.
Сима была стройной, как кабарга.
– А ежели неймется, Серафима-красавица, то речка вона, рядышком! Охладись!
При воспоминании о вынужденном купании в реке всех передернуло.
– Н-нет уж, – пробормотала Даума.
– Мы вокруг дома слегка погуляем, – ласково глядя на нее сверху, предложил Цию. Но даже тут она должна была сделать вид, что могла бы и не согласиться.
– Пожалуй, – покрутила приплюснутым