Войди в мой мир стр. 6
с Тео. Его невероятные зеленые глаза творили с ней что-то сверхъестественное.
— Почему вы сделали вывод, что я писатель?
— Так сказал Джонни. Извините, это не мое дело. Мне лучше уйти.
— Сидите!
Вспыхнув, Софи впилась в него взглядом.
— Не должны ли писатели быть более вежливыми? — Она чувствовала, как терпение покидает ее. — Вам не стоит кричать на людей, мистер Андреу. И если вы намерены и дальше вести себя подобным образом, то я не разрешу Кэтрин и Энни приходить сюда. Я не потерплю, чтобы вы вопили на них!
Это был один из тех редких моментов, когда Тео просто лишился дара речи. Он привык говорить, что хотел и когда хотел. И его просьбы не выполнялись крайне редко.
Тео смотрел на раскрасневшуюся Софи и понимал, что лучше попросить ее уйти. Она была слишком вспыльчивой, слишком прямолинейной. Тео не хотелось вступать с ней в перепалку.
— Вы не допили свое вино, Софи, — мягко произнес он. — Может, скажете мне, кто такой Джонни? Я не люблю, когда сплетничают у меня за спиной.
Софи схватилась за край стола и глубоко вздохнула. Сколько раз нужно досчитать до десяти, чтобы этот способ успокоил нервы? Как смел он намекать, что она сплетница?
Она откинулась на спинку кресла, стараясь максимально сохранять спокойствие.
— Я не распространяю сплетни, мистер Андреу…
— Тео.
Софи пропустила его слова мимо ушей.
— Договор аренды был оформлен Джоном Тейлором. Леди, представляющая ваши интересы, вероятно, сказала ему, что вы будете здесь писать. Он сообщил мне об этом, так как знает, что я трепетно отношусь к Дому. Ну, скажем, мне важно быть в курсе, что вы не станете крушить мебель. В прошлом голу дом сдавался какой-то кинозвезде, и их дикие вечеринки и прочие выходки нанесли серьезный ущерб. Таким образом, никаких сплетен с нашей стороны не было. Мы просто делились фактами…
Тео улыбнулся, подумав о Глории, оберегающей его
личный мир. Но — писатель? Он задал себе вопрос, какой жанр литературных произведений мог бы заинтересовать его.
— Какие книги вы пишете? — словно прочитав его мысли, спросила Софи.
— Э… вообще-то триллеры.
Софи почувствовала, как в ней против ее воли зашевелилось любопытство.
— Какие триллеры? Вы, должно быть, пишете под псевдонимом…
— Возможно, триллеры — не совсем точное описание для моих… э… книг… — сказал Тео. Оттого, что она не считала его крупным и чрезвычайно влиятельным бизнесменом, достойным если не явного благоговения, то самого глубокого уважения, Тео чувствовал необыкновенное облегчение. — Скорее реальные истории о людях, оказавшихся в опасных для жизни ситуациях. Сейчас я работаю над черновым вариантом.
Софи по-своему поняла смысл сказанного. Этот человек источал угрозу, казалось естественным, что он пишет о людях, ходивших по краю пропасти.
— Должно быть, вас привлекает такой образ жизни — писать о том, что интересно. Гораздо увлекательнее, чем какая-нибудь монотонная офисная работа где-нибудь в городе!
Говоря это, Софи думала о скучной работе, на которую она была вынуждена устроиться. Ее отец интересовался самыми разнообразными аспектами медицины, но его страсть к изобретениям оказалась чем-то большим, чем просто занимательным увлечением, дающим пишу для ума. После его смерти выяснились некоторые неприятные подробности, связанные с его маниакальной страстью: он как одержимый