Воин Ордена стр. 67
Область, где чаще всего лопается изнанка между мирами, где как ни в каком другом месте Империи продолжают возникать Проколы. И костью в горле чудовищ стоит Лютоград. И Корпус Тринадцатой стражи.
Я перевёл дух. В каюте, казалось, едва ли не испарился воздух. Я, продолжил:
— Я неплохо знаю географию, видел и изучал карты. Если монстры захватят наш край, они образуют новую поражённую скверной область, очень удобно для них огороженную с трёх сторон. Без опаски получить внезапный удар. Отрезав Столицу от поставок стали и угля. И отхватив приличный кусок северной Империи для последующей экспансии на юг. Укрепленный неприступный плацдарм. Слухи о войне… Перемирие, что длится уже почти сотню лет. Капитан, вы же сами говорили, что не верите в него. Что в любой момент может разразиться вторая война. И мне кажется, что мы видим её начало. Там, внизу, нечисть готовит что-то грандиозное и очень нехорошее для всех нас.
С пересохшей глоткой, выпалив, как по озарению всё, что во мне созрело, я выжидающе замер.
Рогволд разразился негромким пугающим смехом. Сержант привычно хмыкал в усы. И лишь Кречет… Кречет как-то странно посмотрел на меня. И мне показалось, что я уловил в его глазах отголоски давно минувших дней. Ту давнюю страшную ночь почти десять лет назад, когда погиб мой отец. И у меня резко возникло впечатление, что капитан стражи все-таки не всё мне рассказал. Что он утаил от меня какую-то мелочь…
* * *В тот же вечер, незаметно перешагнувший порог долгой ночи наполненной тревожной опасностью, которой окутывался наш погасивший все огни на борту кораблик, капитан Кречет снова вызвал меня в свою каюту. Я, настроившийся уже растянуться на заманчивом на вид топчане, в уголке общей армейской каюты, спрятав праведное возмущение, поплёлся на корму.
Кубрик капитана был поглощён густым сумраком. Окошко за его рабочим столом оказалось наглухо зашторено, а из предметов на столе лежал лишь небольшой огарок толстой оплывшей свечи. В метущемся пламени огонька исполинская фигура застывшего в кресле командира Тринадцатого Корпуса, казалось, принадлежала фантастическому существу. На секунду я стопорнулся прямо на входе, невольно дёрнувшись. Затем вошёл внутрь и тихо притворил за собой дверь. На борту «Икара» до самого рассвета был введён режим повышенное боевой готовности. Никаких ярких огней, лишних шумов и громких голосов. Ни сообщений по каналам магической связи, ни случайно брошенного волшебного слова, ничего.
В воздухе вроде как преимущество ещё оставалось за Империей, но поспешное возвращение «Циклопа» из пригорода злополучного Скобелева уже заставляло о многом задуматься.
— Садись, — негромко приказал Кречет, указывая на один из стульев. На его окутанном тенями лице задумчиво мерцали тёмные глаза. — Знаешь, пусть Рогволд с Фёдором и подняли тебя практически на смех, но я долго думал над твоими словами. И только поэтому ты не остался дежурить внизу на пару с Миклошем.
Я предпочёл за лучшее пока молчать и пошире раскрыть уши.
— Твоя идея насчёт жертвенника… Она не лишена смысла. И будь я проклят, что если бы подобное высказал твой покойный отец, к его словам отнеслись бы по-другому. Но ты не он, и не знаешь и толики того, что знал Александр. Но всё же… Всё же, признаю, в тебе что-то есть. Своё. Даже не