Воин Ордена стр. 9
вы понадобитесь Князю. И ещё раз послужите Империи и Императору. А до той поры от вас требуется лишь одно — не сдохнуть там, куда вы завтра с утра отправитесь.
Я молчал, переваривая услышанное. Вот так номер, взял да помер. Я оказался прав, не за красивые глазки меня привечают, нет… Сделали предложение, от которого в моей ситуации просто не смогу отказаться. Я становлюсь разменной монетой в чьей-то большой подковёрной игре? Император, государственные вопросы, внезапное покровительство наследного Князя… Всё это так просто не происходит. Меня явно во что-то втягивают. Неужели мне суждено стать пешкой на большой шахматной доске имперских политических игрищ⁈ М-да, перспектива так себе. Однако…
— Согласен, — скрипнув зубами, выдавил я и спрятал свёрнутую трубочкой бумагу за пазуху. — Всю жизнь мечтал служить во благо Отечества и его Величества.
— Я не сомневался в вашем ответе, — ухмыльнулся Валентин, не обращая, внимания на мой сарказм. — Когда вы понадобитесь, вам дадут знать. Ваша жизнь важна Империи, юноша. Удачи на новом поприще!
Проводив удалившегося княжеского советника тяжёлым взглядом, я криво улыбнулся. Похоже, придется привыкать, что каждая важная шишка будет пытаться ставить меня в интересную позу. Понятно, что в любом случае от меня постараются взять много больше, чем дадут. И спрашивать потом не станут, не передумал ли я. Так устроен этот большой, интересный и жестокий мир, в котором я никому не мог доверять. Даже не стоит и думать пока, о чем именно меня могут, мягко скажем, со временем попросить. Всё равно не угадаю. Однако…
Однако и пешка может стать ферзем.
* * *Вместе со мной к отлету из Академии в Лютоград были откомандированы еще шесть бедолаг. Судя по кислым рожам свежеиспечённых Часовых, новое место службы они в гробу видали и вертели на одном месте. При этом исподтишка косились на меня так, словно идея взять их с собой на борт воздушного корабля была мой личной инициативой. Да счас. Как будто меня кто спрашивал, чего я хочу?
Вот и сейчас, стоя на небольшом лётном поле и готовясь ступить на опускаемый к нашим ногам трап, эта шестёрка жалась друг к дружке на почтительном расстоянии от меня. Словно я был заразным или мое чрезмерно близкое соседство было способно навлечь на них еще большие беды. Разумеется, эти парни знали, что я буду их будущим командиром, поэтому в открытую никто не бухтел, но угрюмые взгляды от этого теплее не становились. Одеты мы были одинаково, в лишенную знаков отличия тёмно-серую форму военного образца, с приколотыми к груди одинаковыми значками Часовых. Теми, где стрелка часов указывала на цифру «тринадцать».
Я же весьма скептически смотрел на готовящийся доставить нас в самое сердце Северных Земель корабль. Старый и обшарпанный, он явно знавал лучшие времена. Но вместе с тем его команда из десятка прожжённых воздушных моряков внушала оптимизм. Да и вообще, невзирая на непрезентабельный вид, чувствовалось, что кораблик побывал не в одной переделке и ни разу не спасовал. Был он изрисован защитными рунами, как рецидивист со стажем наколками, и выполнял функции курьера. Небольшой, лёгкий и стремительный, всего в одну палубу, по уверению некоторых он мог разгоняться до невероятных скоростей и выходить победителем из любой схватки с самым страшным