Воин Ордена стр. 98
усмехнулся в усы Корнедуб, вновь вызвав дружный хохот.
Повернувшись ко мне, сержант наставительно сказал:
— А ты, Бестужев, дуй на поклон к капитану. Тебе покой ещё не скоро приснится!
Опять? Я едва не застонал. Как бы моё излишнее рвение постигать и учиться мне боком выходить не начало. Кречету-то что… Он, судя по всему, вообще не устаёт. Не человек, а машина. Хотелось бы поглядеть на него в полном боевом облачении Часового! Думаю, тут даже хагерам в схватке с ним пришлось бы несладко.
Меня проводили сочувственными взглядами. Надеюсь, скоро вернусь и смогу спокойно покемарить до утра. Не то чтобы нам особо заняться было нечем на всём пути назад, но как истинный прирождённый солдат я уже понял одну старую прописную истину — любую свободную минутку уделяй для отдыха. Кто знает, при нашей-то службе, когда удастся нормально поспать в следующий раз.
Пройдя через погруженную в сумрак палубу корабля, неспешно, в силу обстоятельств, плывущего через ночную тьму, я вновь оказался перед закрытыми дверьми каюты Ярослава Кречета. По соседству располагалось каюта непосредственно капитана «Икара» Афанасия Ланского. Хм, скоро будут знать этот рейдер как свою родную квартиру. Я постучал в правую дверь.
— Входи, — раздался приглушённый голос командующего.
Открыв дверь, я увидел капитана за его привычным местом. Он сидел за столом и при мягком свете керосиновой лампы изучал какие-то бумаги. Мы шли в безопасном небе и не было особенной надобности в маскировке. Но основные светильники корабля не горели сейчас по более прозаичной причине — мы теперь экономили энергию.
— Рядовой Бестужев по вашему приказанию прибыл, — доложился я.
Не поднимая головы, Кречет буркнул:
— Оставь эту чушь для показушных спектаклей и регулярной имперской армии, сынок. Садись.
Когда я присел к столу, он подвинул в мою сторону исписанный, как видно, его почерком лист бумаги.
— Читай. Не думай только, что я считаю тебя особо грамотным. Но ты должен знать не только как командовать. Но и как докладывать. А при необходимости и просить.
— Просить?
— Мне тебе что, дважды повторить? — рассердился Кречет. — Дерзок ты не по годам, Бестужев, ой, дерзок…
Я осторожно повернул листок и углубился в чтение.
Если вкратце, то капитан Кречет подготовил срочную депешу в главный штаб Ордена Часовых, в Столицу, Новоград. Предельно сжато, лаконично, но вместе с тем конкретно и по существу он обрисовал результаты нашего вылета на поражённые скверной земли, и то, чему свидетелями мы стали. Выразил обоснованные опасения и попросил на время, пока ситуация не прояснится или же не будет получено больше конкретных разведданных, усилить гарнизон Лютоградской Цитадели Часовых на сотню бойцов и десяток боевых магов.
— Толково написано? — передвинув по столу чернильницу, с непонятной усмешкой спросил Кречет.
— Толково-то толково, — осторожно сказал я, возвращая капитану бумагу. — Но…
— Но что? Что узрел твой намётанный соколиный взор? — немного устало съязвил командующий. — Учти, у меня в отличии от кулаков нервы не железные.
— Но боюсь, вас с этой писаниной пошлют куда подальше, — твёрдо ответил я. Хотел правды — получай! — Вот только особо дальше и идти некуда. За нами безлюдные пустоши.
Командир Тринадцатой Стражи, побагровев, разъярённым быком уставился на меня. Я же напрягся, ожидая очередной нахлобучки. Но внезапно горько расхохотавшись, Кречет невесело сказал:
— Ты прав, щегол. Даже