Библиотека

Война магов стр. 41

Размер шрифта
-
+
Тема

получим, пропущу.

— Ты что себе позволяешь, боярин?! — возмутился Андрей. — Ты с кем разговариваешь? Я по делу государеву прибыл! Как останавливать меня смеешь?!

— И я дело государево делаю! — положил ладонь на рукоять сабли ратник. — Тут все царю служат. А он один, и с каждым слугой лично встретиться не может. Жди. Доложу. Коли пожелает тебя увидеть государь, то покличет. Коли нет — с подьячим речи свои вести станешь.

Зверев погладил рукоять своего клинка, прикусил губу, кивнул и развернулся. Не силой же прорываться в самом деле!

Между кремлем и рекой возвышалась белоснежная махина Троицкого собора: размером с половину футбольного поля, он словно вздымался из каменных волн. Арки наружной прогулочной галереи подпирали арки самого собора, из которых вырастал свод храма, а все это вместе украшалось высоченной золотой луковкой с вздернутым под самые облака крестом. Порталы укрывала столь тонкая, изящная резьба, что казалось — камень под пальцами мастера лепился подобно пластилину.

Андрей перекрестился на храм, пару раз обошел его кругом, спустился к реке, ополоснулся, напоил коня, вернулся обратно в крепость и подошел к кремлю.

— Ныне государю недосуг, — встретил его в воротах ратник в золоченой броне. — Весь в делах и хлопотах. Духовник его, батюшка Сильвестр, сказывал, донесет он дьяку Адашеву о твоих кручинах. Как время случится, тебя из Казенного приказа призовут.

Андрей понял, что остался с носом. Здесь не было боярина Кошкина, царского родича, что сам был вхож к государю и легко мог привести с собой друга или напомнить о нем Иоанну. Здесь не было кремлевских телохранителей, знавших князя Сакульского в лицо. Без друзей и знакомых при дворе Зверев оказывался так же далек от царских дел, как и обычный смерд в позабытой средь лесов деревне. Сам никто и звать его никак. Простой привратник не желал его узнавать и был непреодолим, как стена из мореного дуба.

— Что-то не знаю я тебя, боярин? — вскинул подбородок Зверев. — Ты из каких земель,

из какого полка?

— Калужские мы, — с гордостью сообщил ратник. — С князем Серебряным Казань брали. Ныне в избранную тысячу государем зачислены, за храбрость.

— Храбрые воины государю нужны, — довольно улыбнулся Зверев, нащупав нужную информацию. — В кремле живете али только на службу сюда выходите?

— Иные и в кремле, а иные на дворах окрест, — поежился боярин. — Тебе-то чего?

— Чего-чего… Ждать буду! — И Андрей пошел прочь.

Итак, царя в Александровской слободе охраняли бояре из избранной тысячи. А как же иначе? Именно те, кому царь доверял, кто ради службы отказался от местнических привилегий. А коли так, то большая часть служилых людей через руки дьяка Кошкина прошла. И многих из них Зверев знал. Осталось только поискать вокруг знакомые лица. Не в людской же они после службы сидят, в духоте и тесноте? Наверняка комнаты на постоялых дворах снимают, в кабаках посиживают… Если только царь со своей воинственной трезвостью еще и тут все заведения не позакрывал.

— Только сперва самому надобно обосноваться.

В городской толчее Зверев насиделся в Нижнем Новгороде, а потому на этот раз отъехал от стен верст на пять и придержал коня возле постоялого двора, вольготно раскинувшегося на поляне меж березовых рощиц, у самого берега Шерны. Потянул носом. Вот он, живой воздух — не то что в городе, где всегда

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.