Библиотека

Волчья ягода стр. 88

Размер шрифта
-
+
Тема

этих рук уже не расцепляли – как будто там, в лесу, они нечаянно испачкали руки в клейком древесном соке и теперь эти руки одна к другой приклеились просто намертво.

А главное, никто не спросил, чем вообще можно заниматься в лесу целых два часа. В самом деле, может, они все эти два часа грибы искали? А то, что ни одного не принесли – так не нашли просто, вот и весь сказ!

И только один Федька хоть и не спрашивал ни о чем, но подозрительно косился на Майю и Арсения, и от этих его косых взглядов ужасно хотелось подойти и дать Федьке по лбу. Легонько так, чтоб знал, где его место.

Ближе к обеду разыгрался ветер, погнал по небу пушистые облака, похожие на рваное кружево. Ветер был теплым и безобидным, и с ним стало даже как-то веселее и чуточку прохладнее. Волга, которая здесь была очень широкой и быстрой, покрылась кудрявыми волнами, которые теперь ласково шумели у берега, застилая его пушистой и легкой, вмиг исчезающей пеной.

Почти до самого вечера занимались всякой ерундой.

Арсений вместе со всеми резался в карты, катался с Федором на качелях, решал с Митькой производственные проблемы и с Митькой же мыл посуду, пока Майя и Ася играли с Федором в прятки. Когда уже почти стемнело, затеяли новый костер, только теперь уже не в мангале, а на земле, в кирпичах. Долго сидели у огня, болтали ни о чем, зажарили несколько шампуров мяса и съели по куску божественно вкусного торта.

День вышел замечательный, не поспоришь.

Поздним вечером все разошлись по своим избушкам. Синюю избушку, в которой они изначально расположились, решено было отдать Майе, а для себя и для Федьки Арсений взял ключ от другой, красной, избушки, которая стояла рядышком с синей.

Укладывая Федьку спать, Арсений искоса поглядывал в окошко – свет в синей избушке все горел. Федька потребовал сказку, и Арсений послушно и привычно начал выдумывать для него сказку про принца и принцессу, а мыслями был далеко.

Интересно, она его ждет или не ждет?

И чувствовал себя пещерным человеком, прыщавым юнцом, который понятия не имеет, как вести себя в такой ситуации. И сходил с ума от желания спать с ней.

Нет, не заниматься любовью. Об этом вообще нельзя было думать, об этом было думать опасно, от этих мыслей можно было свихнуться просто.

Он думал о том, как, проснувшись рано утром, увидит на подушке ее черные шелковые волосы. Ее розовую помятую щеку, и тень от ресниц, и слегка приоткрытые губы, и ладонь, похожую на крыло маленькой птицы, и россыпь солнечных веснушек, которые он непременно пересчитает, пока она спит. И может быть, даже поцелует каждую веснушку. Как будет долго смотреть на нее, слушать ее дыхание и тихонько гладить ее по волосам – так, чтобы она увидела это во сне. А еще, может быть…

– Пап, ты чего, заснул, что ли? – пробухтел прямо над ухом недовольный Федор. – Ну, дальше-то что было?

– А дальше… – Арсений попытался вспомнить, на чем же остановилась его придуманная сказка, но почему-то не смог. – Дальше… В общем, жили они долго и счастливо и умерли в один день…

– Как это? Они же еще не поженились?

– И не поженятся никогда, – усмехнулся Арсений.

– Почему это? – огорчился Федор.

– Потому что им не разрешает жениться один вредный мальчишка по имени Федька. Он почему-то боится, что если принц и принцесса поженятся, то ему от этого станет плохо. Хотя на самом деле ему было бы очень хорошо. Принц и принцесса любили бы друг друга и вместе любили бы упрямого и вредного Федьку. И были бы счастливы… втроем.

Федька нахмурил брови, надулся и отвернулся лицом к стене, не сказав ни слова.

Арсений долго гладил его по голове, перебирая черные вихры на макушке. Минут через пять Федор благополучно заснул, и у Арсения уже больше не было причины оставаться в красной избушке.

Только он все равно еще очень долго сидел, не двигаясь, возле кровати спящего сына и изредка поглядывал в окно – свет напротив давно погас, и, может быть, Майя уже спала и совсем не ждала его. А может быть, все-таки ждала…

Только ведь если просидеть у Федькиной кровати до утра, то нет никаких шансов узнать об этом.

Воздух на берегу был густой и влажный. Он еще некоторое время побродил по берегу, наблюдая, как опускается на землю голубоватый туман. Трижды обругал себя идиотом и наконец тихонько поскребся в дверь синей избушки.

Которая,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.