Вольные стрелки стр. 57
на матовом боксе которого фломастером было написано: «Год – 2009. Номер записи – 1, частей – 8. Защита – нет. Длительность – 48 часов. Каналы – 1. Частота дискредитации – 22 килогерца».
Цыплаков удивился педантичности офицеров. На его взгляд, запись на коробке была неполной без жанра – триллер, боевик, мелодрама.
Установке прослушивающей аппаратуры предшествовала работа по проникновению на объект. Разведчики управились с работой за двое суток. Другие сорок восемь часов прошли в томительном ожидании результата. И вот он на столе у Гриневского.
Сам Цыплаков прятал глаза. Какой сюрприз подготовил предупрежденный о прослушке генерал? Включал музыку во время телефонных разговоров или бесед с кем-либо с глазу на глаз? По сути дела, эти «другие 48 часов» на диске могли навести Гриневского на мысль, что генерал был предупрежден о «жучках» в его доме. Все зависело от его поведения. Какую линию защиты выбрал Разлогов? Собственно, годилась любая, поскольку никто еще не проникал так глубоко в его личную жизнь. Любая информация о ней претендовала на откровения. И эта мысль успокоила Цыплакова.
– Как вы проникли в дом? – поинтересовался он, провожая офицеров до выхода.
– Черный вход, – сжато ответил старший. – Датчик на двери установлен криво. В смысле – криворуким, – необязательно пояснил он. – Если бы мы начали сканировать с нее, первый результат вы получили бы вчера.
Он коротко пояснил, что ключевых моментов для сканирования было два: когда хозяин входил в дом и когда выходил из него. В первом случае охранная система выходила из фонового режима, во втором – активировалась. Все это улавливал детектор излучения и записывал на сменный носитель информации.
– Когда мы вошли в дом и отключили сигнализацию, добавили кривизны на датчик, – продолжал офицер. – Вот ключ от двери.
Он передал Цыплакову ключ от черного входа. Тот осмотрел его: с двусторонней бородкой, скорее всего, от врезного замка. Вместо брелока на колечке болталась картонка с четырьмя цифрами.
– Код для отключения сигнализации, – снова был вынужден пояснить офицер. – Хозяин дома может поменять его, учтите это.
– Если я захочу навестить его. Кстати, где вы оставляли машину?
– За условной границей городка. Примерно в двухстах метрах к западу от объекта мы обнаружили приличный съезд с дороги. Попадаешь в карман между лесопосадкой и подлеском. На задней передаче выезжать оттуда – проблема. Мы заезжали в карман задом, а выезжали – передом. В общем, все, как в настоящем лесу.
– Территория охраняется собаками?
– Нет.
– Каким способом вы попали на объект?
– Обошли забор по периметру, наткнулись на калитку, закрытую изнутри на засов. Он легко открывается согнутой проволокой. Не знаю, может быть, тебе пригодится... Мы заметили, что хозяин – полупедант. Четыре дня наблюдений показали, что из дома он выходил в разное время, но в пределах получаса: от восьми ровно до половины девятого.
– Спасибо за информацию.
Они пожали руки друг другу, и Цыплаков вернулся в офис.
К тому времени в кабинете Гриневского его дожидались Ипатьева и Багдасаров. Как только Цыплаков занял свое место за узким и длинным столом для совещаний, Гриневский включил запись. В дополнительном окне проигрывателя, отображающем спектрограф, от левого до правого края протянулась прямая полоса. «Если бы мы сидели у