Вольный охотник стр. 65
В устроенном и не меняющемся уже сотню лет мире Третьей Римской Империи его ждало предопределенное будущее. Если простак, то есть не одаренный магической силой — то вперед в работники, служащие невысокого ранга или торговцы. Может быть, даже в купцы, но…При любом уровне богатства и чина оставаясь обязанным гнуть спину перед всеми этими «милостями» и «светлостями», которые, строго-то говоря, ничем таким особенным его не превосходили. Даже магией владели далеко не все, хорошо если один из пяти.
Если же повезло и дар открылся — тогда добро пожаловать в местный Гимнасий или Лицей. Там тебя научат управляться с заклинаниями, швыряться огнем или низвергать каменный дождь с небес. А потом отправят на войну. Куда-нибудь на границу — к туркам, британцам или диким сибирским племенам. Там, опять-таки, если свезет и не погибнешь, выслужишь чин пятого центуриона и в оном выйдешь в отставку. Купишь землицы или в какое-нибудь дело вложишься, трактир у дороги откроешь. И будешь доживать отпущенное тебе время и продолжать ломать шапку перед каждым сосунком, который родился, в отличие от тебя, с приставкой «фон» перед фамилией.
И ничего нельзя изменить. Предопределенность от рождения до самой могилы. Будь Эрих Фертих еще и необразованным мещанином, его бы это, быть может, вполне устроило. Живут же как-то люди — миллионы! — и не сходят с ума от того, что не в состоянии вырваться из замкнутого круга.
Но мать научила Эриха читать. А отец после ее смерти всячески поощрял данное занятие. Не скупился даже на покупку книг, что для их сословия было вовсе не обязательным. Вот и вырос парень начитанным, образованным и… неудовлетворенным своим местом в мире. Хоть в этом Писание не солгало — большие знания — большие печали.
Так бы он и метался всю свою жизнь — греб по течению или против него, но всегда с одним и тем же результатом. Вот только свел его случай с фрайнботенами одного из тайных обществ, которых в Пруссии, да и по всей империи, было великое множество. В отличие от большинства своих «коллег», эти посланники оказались не пустомелями, напускавшими тумана на свою деятельность, а вполне конкретными молодыми людьми, выступающими за отмену сословного разделения общества, равенство и федерализацию государства.
Уже через два дня увлекательнейших бесед с ними, Эрих Фертих попал на первое для себя собрание тайного общества. И там узнал, что связался не с «молодыми пруссаками» и не с замшелыми «фемистами». А с самими «садовниками», слава которых с некоторых пор гремела по всей империи. С теми людьми, что организовали Венскую Весну и Пражский Манифест!
Конечно, его привели не к тем, кто все это устроил. Он «всего лишь» попал на собрание низшего звена организации «фермеров» — так они сами себя шутливо называли. Однако и этого было вполне достаточно, чтобы загреметь на каторгу лет на двадцать. Тем не менее Эрих не испытывал ничего, кроме восторга и предвкушения.
Правда, довольно скоро выяснилось, что ни о каких серьезных делах на собраниях не говорили. Лишь хвалились, что готовы на все ради хорошей «вспашки» застоявшейся земли империи и свободы для Великой Пруссии. Болтунами, короче говоря, оказались эти самые «садовники». Но не все.
На одной из встреч к Эриху подошел средних