Волшебник земноморья стр. 51
сравнительно небольших размеров, примерно с сорокавесельную галеру, тонкий, как червяк, несмотря на широкий разворот черных перепончатых крыльев. Он еще был далеко не взрослый, этот дракон, — голос у него ломался, и пока он не успел поднабраться драконьего коварства. Обнажив длинные зубастые челюсти, он стрелой налетел на маленькую лодку.
Гед с помощью сильной магии без труда остановил его на лету — в мгновение ока лапы и крылья дракона одеревенели, и он камнем шлепнулся в море, сомкнувшее над ним серые волны.
Вслед за первым еще два дракона вспорхнули с подножия самой высокой башни. Подобно своему незадачливому предшественнику, они спикировали прямо на Геда, но, как и в первый раз, он заклинанием остановил их в середине полета — они попадали в море и утонули, и для этого ему даже не понадобился посох.
Ждать пришлось недолго — скоро с острова поднялись сразу три дракона. Самый крупный из них изрыгал из пасти колечки пламени. Те, что поменьше, атаковали Геда спереди, а большой, в надежде спалить его своим огненным дыханием вместе с лодкой, сделав ловкий вираж, зашел сзади. Никакое колдовство не могло остановить эту троицу одновременно, тем более что два дракона прилетели с северной стороны, а третий с южной. Гед попробовал прибегнуть к Магии Превращения и в перерыве
между двумя залпами огня поднялся из лодки в обличье дракона.
Широко расправив крылья и выпустив когти, он ринулся на двух драконят и испепелил их огнем, а затем повернулся к третьему, тоже огнедышащему, который был много крупнее его. На ветру, над серыми волнами, они петляли, изрыгая дым и пламя и пытаясь схватить друг друга.
Гед неожиданно резко взмыл вверх, и его противник ринулся за ним. Тогда Гед поднял крылья, остановился и стремительно, как ястреб, упал вниз. Нацелив когти, он бил и рвал шею и бока дракона. Черные крылья трепетали, и черная драконья кровь большими каплями стекала в море. Дракон наконец вырвался и, дергаясь, как в конвульсиях, полетел низко над водой к острову; там он заполз в развалины и спрятался в какой-то пещере или колодце.
Гед тут же снова принял свое обличье и вернулся в лодку, так как нет ничего опаснее, чем находиться в облике дракона дольше, чем того требуют обстоятельства. Руки у него были черные от горячей крови чудовища, на голове горели ожоги, но это теперь не имело значения. Он подождал, пока успокоится дыхание, а затем крикнул:
— Молва говорит, вас девять. Шестерых я видел, пятеро убиты. Эй вы, жалкие черви, выходите!
Долго на острове не было слышно ни звука, и никто не появился. Затем Гед заметил, как стали меняться очертания самой высокой башни и из нее высунулся рукав. Он боялся драконьей магии, так как известно, что старые драконы очень коварны и искусны в колдовстве, похожем и непохожем на колдовство людей. Но, приглядевшись, он понял, что это вовсе не драконий трюк, а просто обман зрения. То, что он принял за верхнюю часть башни, было плечом Пендорского Дракона, который, пытаясь подняться, медленно расправлял свои застывшие члены. Когда он наконец встал на ноги, его чешуйчатая голова с тремя языками, увенчанная острым шипом, вознеслась над самой высокой из башен, а когтистые передние лапы покоились