Библиотека

Волшебный свет стр. 3

Размер шрифта
-
+
Тема

исказила ярость.

– Тут какой-то тип уверяет, что он твой друг. Это правда?

Из-за его плеча на Дилан пристально и напряженно смотрели темные глаза.

– Да, – услышала она свой голос и не поверила собственным ушам.

Господи, как это у нее вырвалось, чего ради она признала другом совершенно постороннего человека? Конечно, если б она отреклась от знакомства, Майкл тут же выставил бы его за дверь. Но, к своему удивлению, Дилан поняла, что вовсе этого не хочет. Напротив, ей не терпится с ним познакомиться.

Резко откинув со лба влажные светлые волосы, Майкл спросил:

– Кто он такой?

Она не успела рта раскрыть – за нее ответил незнакомец:

– Что вам за дело? – И, слегка отодвинув Майкла плечом, протиснулся в гримерную. Потом захлопнул у него перед носом дверь с таким олимпийским спокойствием, что у Дилан захватило дух. На ее памяти еще никто не смел обращаться с Майклом Каросси как с простым смертным. Майкл привык к обожанию, благоговейному трепету, идолопоклонству и по эту, и по ту сторону рампы. Он – бог в их маленькой вселенной, и вся труппа, включая ее самое, это признавала.

А незнакомец прислонился к двери, не сводя с Дилан глаз, и вдруг собственная гримерная показалась ей слишком тесной, стало нечем дышать.

– Вы… – начал он неровным голосом и сразу умолк, будто подавился первым же словом, – такая красивая, – проговорил он после бесконечно долгой паузы.

– Спасибо. – Она выдавила из себя смешок. – Но вы ошибаетесь. На сцене все красивые, а вот снимешь костюм, разгримируешься – и ты самая обыкновенная. – Дилан кинула взгляд в зеркало над столиком. Хрупкая фигурка, темно-каштановые волосы, нежный овал лица, а в целом ничего особенного. Она никогда и не обольщалась.

– Обыкновенная? – переспросил он. – А вы не лукавите? Успех, слава, поклонники, аплодисменты – это что, каждой достается?

– Я говорю о внешности, а не о том, что мне посчастливилось выучиться танцевать.

– Вы всегда мечтали стать балериной?

– Да нет, так уж вышло. С четырех лет я начала брать уроки – раз в неделю. За меня все решила мама, я уж и не помню, хотелось ли мне, так давно это было. К тому же нас не предупреждают о том, какой это адский труд, как болят ноги после репетиций, как ноет каждая мышца, как немеет спина… – Она внезапно осеклась и вспыхнула, удивившись, что рассказывает об этом совершенно незнакомому человеку. Если он окажется журналистом и опубликует эти откровения, Майкл попросту убьет ее! – А кто вы такой? – поспешно спросила она. – И как сюда попали?

– Вошел, – прозвучал невозмутимый ответ.

– Но там же вахтер сидит!

Господи, где старику Джорджу задержать такого верзилу! Ему уже за шестьдесят, когда-то он был неплохим танцовщиком, но в тридцать сломал ногу и на сцену уже не вернулся. Из жалости его держали в театре: сперва репетитор, потом рабочий сцены и, наконец, докатился до вахтера. Вся балетная молодежь почитала добродушного, неунывающего Джорджа отцом родным. Легкая хромота осталась у него на всю жизнь, но форму он сохранил: жилистый, ни грамма лишнего веса. Правда, против такого великана, как этот, ему не устоять. Незнакомец криво усмехнулся. – Он по телефону говорил и меня не заметил. Скорей всего, сделал вид, подумала Дилан. У Джорджа сильно развит инстинкт

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.