Вопль стр. 6
Аллен Святой Соломон Святой Люсьен Святой Керуак Святой Ханк Святой Берроуз Святой Кэссиди святы оттраханные и страждущие нищие святы ужасные человеческие ангелы!
Свята моя мать в сумасшедшем доме! Святы члены дедов Канзаса!
Свят стонущий саксофон! Свят апокалипсис бопа! Святы джаз бэнды марихуана хипстеры мир пейотль и колёса!
Свято уединение небоскрёбов и мостовых! Святы кафетерии запружённые миллионами! Святы текущие по улицам мистические реки слёз!
Свят одинокий Джагернаут! Свято баранье мясо среднего класса! Святы безумные пастыри бунта! Кто окопался в Лос-Анджелесе и есть Лос-Анджелес!
Свят Нью-Йорк Свят Сан-Франциско Святы Пеория и Сиэтл Свят Париж Свят Танжер Свята Москва Свят Истанбул!
Свято время в вечности свята вечность во времени святы часы в космосе свято четвёртое измерение свят пятый интернационал свят Ангел Молоха!
Свято море свята пустыня свята железная дорога локомотив святы видения святы галлюцинации святы чудеса свято глазное яблоко свята бездна!
Святы прощение! сострадание! милосердие! вера! Святы! Наши! Тела! Страждущие! великодушия!
Свята сверхъестественная экстраординарная сияющая мудрая доброта души!
Беркли, 1955.Переведено в феврале 2002 года, Москва.IКарлу Соломону
Я видел лучшие умы моего поколения разрушенные безумием, умирающие от голода истерически обнажённые,
волочащие свои тела по улицам чёрным кварталов ищущие болезненную дозу на рассвете,
ангелоголовые хиппи сгорающие для древнего божественного совокупления со звёздным динамо в механизмах ночи,
кто беден и одет в лохмотья со впалыми глазами бодрствовал курил в призрачной темноте холодноводных квартир плывущих по небу через городские купола в созерцании живой энергии джаза,
кто распахнул свой разум для Рая под Луной и видел мусульманских ангелов колеблющимися на светящейся крыше обители,
кто прошёл свои университеты с дерзким сиянием в глазах галлюцинируя о трагедии Арканзаса и знаменитости Блейка среди знатоков войны,
кто был изгнан из академий за безумие и начертание грязных од в глазницах черепа,
кто трясся в страхе в неприбранных комнатах в нижнем белье сжигая деньги в корзинах для мусора прислушиваясь к Ужасам за стеной,
кто был схвачен в лобковых джунглях возвращаясь из Ларедо с взрывной эйфорией травки для Нью-Йорка,
кто пожирал огонь в пьяных отелях Парадайз Аллей или пил скипидар в переулках рая, или истязали свои тела ночь за ночью,
с мечтами, с наркотиками, с ночными кошмарами, алкоголем и членом и бесконечными совокуплениями,
несравнимые слепые улицы дрожащих облаков и молний скачущие к полюсам Канады и Патерсона освещая неподвижный мир времени лежащий меж ними,
пейотовая надёжность залов кладбищенские рассветы зелёных деревьев на заднем дворе, винное опьянение над крышами, витрины магазинов Нью-Йорка последний приход джанки мигающий неон габаритных огней, солнце и Луна и дрожь деревьев в ревущие зимние сумерки Бруклина, пепельная напыщенность и податливое восприятие королевского ума,
кто приковал себя к подземке для вечного пути от Бэтери к святому Бронксу на бензендрине пока шум колёс не свалили их дрожащих с разорванными ртами и разбитых в унынии прилежного ученика высушенном блеском в сумрачном сиянии Хаоса,
кто всю ночь тонул в наркотическом сиянии Бикфорда всплывал и просиживал день над выдохшемся пивом в опустошённом Фугази, слушая треск страшного суда из атомного музыкального автомата,
кто семьдесят часов беспрерывно говорил от парка до своей берлоги бара Бельвью музея Бруклинского моста,
потерянные армии платонических болтунов прыгающих в чаши со святой водой с