Вор во ржи стр. 3
такая потеря… и такая насмешка судьбы.
— Он умер в ресторане, не так ли?
— Да, у нас за углом. Эдди соблюдал самую страшную на свете диету — жил на чизбургерах, кока-коле и пончиках. А потом один врач убедил его изменить образ жизни, и он превратился в фанатика здоровой пищи.
— Она не пошла ему впрок?
— Я не заметил никакой разницы, разве что он немного зациклился на этой теме, как все новообращенные. Не сомневаюсь, он бы справился с этим, только вот не успел. Умер за обеденным столом, подавившись куском тофу.
— Какой кошмар.
— Питаться этой дрянью — уже кошмар. А помереть от нее — просто ужас. Но живопись Эдди навсегда связала нас с паддингтонским медведем: сейчас уже думают, что мы назвали отель в его честь.
— Но отель появился раньше?
— Причем намного. Книжке Майкла Бонда о медвежонке Паддингтоне в камере хранения намного больше тридцати лет, а мы ведем отсчет от начала века. Не скажу точно, происходит ли наше название от Паддингтонского вокзала или от его ближайших окрестностей. Соседство у него в Лондоне, к сожалению, не из лучших, но и не самое худшее. Дешевые гостиницы и азиатские ресторанчики. Там снимают номера уэльсцы, только что сошедшие с поезда, который привез их на Паддингтонский вокзал. Ну, там еще есть станция метро, но трудно поверить, что отель можно назвать в честь станции метро.
— Конечно нет.
— Вы так любезны, что слушаете мою болтовню. Так чем могу быть полезен?
Я обратил внимание, что от болтовни у него изменился голос: о Лондоне он говорил с английским акцентом. Я сказал, что у меня заказан номер, и он спросил мое имя.
— Питер Джеффрис, — ответил я.
— Джеффрис, — повторил он, перебирая стопку карточек. — Такое ощущение, что… О, тысяча извинений. Кто-то записал вас как Джеффри Питерса.
Я заметил, что это частая ошибка, зная наверняка, что ошибку совершил я сам. Я постоянно путаюсь в именах и фамилиях, которые себе выбираю. Путаница происходит оттого, что я предпочитаю что-нибудь незамысловатое, звучащее как два простых имени, что, как известно, очень характерно для дилетантов. А вот это уже пугает больше, чем сама ошибка. Потому что кто я, если не профессионал? И что мне светит, если я буду вести себя как дилетант?
Я заполнил карточку — адрес в Сан-Франциско, дата отъезда через три дня — и сказал, что заплачу наличными. Трое суток по 155 долларов за ночь плюс налоги и залог за телефон — итого 575 долларов. Я отсчитал шесть сотенных. Портье провел пальцем по верхней губе, приглаживая несуществующие усы, и поинтересовался, не
хочу ли я медведя.
— Медведя?
Он кивком указал на троицу мишек, сидящих на шкафу с папками и очень похожих на медведя над камином.
— Если вы думаете, что это перебор, — продолжил он уже без британского акцента, — отчасти готов с вами согласиться. Все началось после того, как картина Эдди возродила былую славу отеля. Видите ли, он коллекционировал плюшевых медведей, и после его смерти коллекция, выставленная на аукцион «Сотбис», разошлась по баснословным ценам. Оказалось, что принадлежность медвежонка к коллекции Хорвата — то же самое, что для нитки искусственного жемчуга побыть несколько часов на шее Джеки О.
— И эти три медведя — его?
— О нет,