Воскрешение стр. 118
казалось, стонала под напором сил зла. Возглавлял армию тьмы Мерлин, восседающий на драконе.
Жеро ощутил всплеск ужаса среди соратников. Однако ни один не двинулся, не вздохнул. Все безмолвно смотрели на приближающееся войско темного мага. Взвизгнула пуля. Могучий дракон рухнул замертво, на месте его левого глаза зияла черная рана.
— Простите, мы чего-то ждем? — раздался громкий голос Ричарда.
— Вперед! В атаку! — крикнул Жеро, так что под каменными сводами зазвенело эхо.
Полыхнула молния; через небо пронеслась дюжина метеоров — красных, зеленых, белых, серебряных, — гремели заклинания, возносились молитвы Богу и Богине. Кони мчались навстречу демонам и призракам. Сошлись и заклацали клинки.
«В иные времена я был иным воином, — думал Жеро, — Снова и снова выступал я в атаку. Я страшил. Я свирепствовал, я, молодой лев клана Деверо! Меня убила ведьма, унизила наш род. Я был королем, а она... Ее тут нет. Она в безопасности. Я Жеро, она — Холли, и мы одно целое».
— Прощай! — сказал он вслух.
Филипп, в рыцарском шлеме и доспехах, пришпорил коня. Навстречу ринулся призрак одного из Деверо — смутное очертание костей, черного и алого, зеленый плащ, реющий на ветру. Темные глаза мрачно взирали из-под капюшона на противника, от визга бесплотного всадника закладывало уши. Он несся по небу, сжимая в костлявой руке смертоносное оружие — косу.
Ведьмак собрался с духом, нацелил в призрака волшебное копье — даже если он убьет соперника, тот, возможно, успеет снести ему голову. Конь бесстрашно скакал во весь опор, пуская из ноздрей пар; Филипп еще раз вонзил в бока шпоры. Копье весило не меньше тридцати фунтов, удержать его в руке стоило больших сил; он старался думать не о болезненном напряжении, а о предстоящей победе. Перед глазами возник сияющий образ Николь. В висках, заглушая крики и грохот взрывов, гулко стучала кровь. Филипп не видел перед собой ничего, кроме лица любимой.
Адская тварь приближалась куда быстрее, чем ожидал ведьмак. В косу ударила молния, с неба водопадом хлынул ливень. Ближе, еще ближе... Филипп ощутил ледяное дыхание смерти.
Коса со свистом обрушилась на шею лошади, животное с тихим ржанием повалилось на землю. Ведьмак хотел отбросить копье и спешиться, но в последний момент заметил распростертого, истекающего кровью Илая. Брошенное оружие упадет прямо на колдуна и убьет его!
Филипп увидел в обсидиановых глазах призрака свое отражение и понял: смерть близка.
«Но как же Николь? — пронеслось в голове. — Кто ее защитит, если мы с Илаем погибнем? Должно быть, ты, Отец мой Небесный, и ты, Богиня — мать. Позвольте спасти ее, уберечь. Да не будет мне покоя, пока Николь с Оуэном не окажутся в полной безопасности!»
Холодное лезвие коснулось горла. Что ж, он умрет, вознося молитву христианскому Богу и Богине-матери... Филипп зашевелил губами.
И тут он увидел... все. Он услышал.
«Вот обряд, который должны провести три Девы Лилии. Им надлежит сложить амулет вместе: соединить все три его части. Пусть он истерзан, как их сердца, пусть истерт, как их души, — и тем не менее могуществен! Нужна лишь объединяющая сила истинной любви каждой их сестер-ведьм к друг к другу».
Слова обряда плясали в воздухе, кружили вокруг