Воскрешение стр. 130
выглядел, как тело ягуара; передние лапы с когтями в половину длины корпуса принадлежали какому-то неведомому хищнику; задние ноги и хвост были крокодильи.
Следом переменилась и Богиня, обернувшись, Кали, богиней времени и перемен, темнокожей, четырехрукой, с языком, свешивающимся изо рта до середины груди. Обнаженное божество украшали ожерелья из человеческих черепов, а также браслеты из костей на запястьях и щиколотках.
Из открытого рта Великой полыхнуло пламя, и в Рогатого Бога полетели огненные шары и ледяные клинки. Грозным взором Бог метнул в Богиню пучок молний; электрические зигзаги заискрились вокруг четырехрукого божества, выжигая землю, деревья и небо.
Повсюду царил хаос. Настоящий апокалипсис.
Богиня то и дело меняла облик: Афина, Бает, Дурга, Цирцея, Дева Мария, одна, две, множество, неисчислимая толпа...
— Прекратите! Пожалуйста, остановитесь! — закричала Аманда, прячась за разрушенную стену замка.
В тот же миг древние камни взорвались. Девушка выставила перед собой руки, обернулась и... В грудь Илаю со свистом летел огненный шар.
— Берегись! — взвизгнула она.
Благодаря мгновенной реакции, Илай остался жив — шар задел его только слегка. Колдун сбросил дымящиеся клочья рубашки... Защитный амулет с груди исчез — остался лишь ожог.
— Нет! — вскрикнул Илай. Но было поздно — он стал Жаном, — Изабо!
Лицо ведьмы Николь Катере обрело черты Изабо.
— Вероломная тварь, убийца! — бросился к ней колдун.
Гордая, жестокая дочь клана Каор не двинулась с места, не дрогнула.
Жан, дрожа, прильнул губами к ее губам, обнял знакомое до последнего изгиба тело. Вокруг кипел бой, а он думал об Изабо, о переполняющей его любви, о ненависти. По коже бежали мурашки. Пара упала на траву, тела сплелись.
«Ма femme. Ma vie. Жена моя, жизнь моя. Ма mort. Смерть моя...»
Не сводя глаз с невесты — возлюбленной, заклятого врага, — Жан пронзил ей сердце атамом, а она — ему. Из бездыханных тел вытекала, смешиваясь, кровь — как когда-то при свадебном обряде. Кровь к крови, плоть к плоти.
— Я исполнил клятву — убил тебя, ведьма, — прошептал он, умирая.
— И я убила тебя, муж мой, любимый мой... — всхлипнула она в ответ.
Битва не прекращалась ни на мгновение: падали воины, взрывались призраки; затрещала, раскалываясь, земля.
Сначала умерла Николь, и дух Изабо вылетел на свободу. Вскоре угас и взор Жана... нет, Илая! Воспарив над мертвым телом, дух Жана прошептал:
— Изабо! Nous sommes libres. Свободны! Как птицы!
Свершилось. Проклятие больше не привязывало их ни друг к другу, ни к земле. Настало время покинуть этот мир. Изабо знала, что уходит не одна — рядом с Жаном ее держало не только проклятие. Куда ни отправится возлюбленный, она последует за ним, ведь они принадлежат друг другу.
«Куда ты пойдешь, туда и я...»
Всегда.
С криком ужаса Аманда подползла к телу сестры, заглянула в распахнутые пустые глаза.
— Не умирай, Ники! — встряхнула она Николь. — Ты должна жить, ради Оуэна! Ради меня.
Ответом ей стало молчание. Сквозь завесу слез Аманда увидела Дерека, притаившегося за большим валуном. Припадая к земле, девушка кинулась к адвокату.
— Нам нужна Холли! — выпалила она ему в лицо.
— Холли здесь нет. Она в храме.
— Она ведь