Воскрешение стр. 85
слабая попытка «жить, как ни в чем не бывало». И все же в этом занятии тоже таилась некая магическая сила. Совсем как христиане на Рождество, виккане ставили ели, празднуя Йоль.
Сперва, три дня назад, Ричард принес живое, здоровое дерево, с клубком корней, намереваясь высадить его в сад, когда закончатся праздники, но едва ель оказалась в доме, то сразу увяла: иголки порыжели и осыпались. Дерево убил особняк.
Николь расстроилась: наверное, стоило пригласить ель войти — деревья ведь живые. Однако Кари с кошками не получали официального приглашения... Впрочем, они-то как раз неживые.
Непреодолимое желание удрать из чертова дома накрыло девушку с головой. Однажды она уже пыталась все бросить и улизнула в Европу, когда ковен еще возглавляла Холли, но в погоню сразу бросились прихвостни Майкла Деверо. Они шли по пятам: иногда кружили стаей ворон, иногда зловещими тенями скользили по стенам зданий... Ведьма вспомнила, как в Германии сидела на жесткой скамье в холодном сумраке Кельнского собора. Впереди возвышался золотой, усыпанный драгоценными камнями реликварий с мощами волхвов. На ликах святых играли отблески света, пахло благовониями и древностью. Николь пыталась молиться, но случайно задремала. Священник, приняв ее за бродяжку, велел уходить. Вот тебе и прибежище в доме Господа...
На улице Николь караулили тени. Сквозь каменные стены, витражное стекло, и звонкое пение хора доносилось хриплое карканье ворон, прислужниц Майкла Деверо. Зло стремительно опутывало собор, точно ядовитый туман. Николь бросила Холли и Аманду в надежде избавиться от ведьминского наследия, а вместо того стала легкой добычей для врагов. Когда девушка выходила из собора, сердце испуганно сжалось — ей стало еще страшнее, чем прежде. Тени, в конце концов, настигли Николь на Авалоне, где ее держал в заточении Джеймс Мур, но Илаю удалось пробраться на остров и спасти любимую.
«Он меня любит. Точно любит. Это больше чем страсть и банальное чувство собственности».
От смятения у ведьмы застрял в горле комок: она ведь связана духовными узами с Филиппом! Замечательный парень, каких поискать, — Илаю до него, как до луны... Если бы только мощи волхвов и вправду могли творить чудеса, как многие утверждают...
— Николь, что скажешь — еще мишуры добавить или хватит? — вывел ее из мечтательной задумчивости Томми.
Девушка слабо улыбнулась: вот и Томми замечательный парень. Аманде повезло — встретила настоящую любовь. Теперь парочка жарко обсуждала свадьбу: пригласить ли викария в особняк Мур или провести церемонию в Скарборо.
В первом случае им, возможно, пришлось бы отвечать на всякие неудобные вопросы. Кроме того, могло произойти что-нибудь совершенно ужасное (особенно если священник натолкнется на Кари или попытается приласкать кошку). А в целом все складывалось хорошо. Николь немного завидовала — ей-то самой не грозит нарядиться в белое платье невесты. От воспоминаний о принудительной брачной церемонии с Джеймсом до сих пор прошибал холодный пот.
— Посмотри с другой стороны, отсюда тебе не видно, — сказал Нагаи.
Едва Николь встала, Оуэн, что-то лепеча, потянулся к Томми — ведьмак тоже протянул малышу руки.
Девушка по-прежнему боялась давать ребенка другим, но... Томми ведь, по сути, приходился ему дядей. Поцеловав сына в макушку, она решительно передала его молодому человеку.
На дереве сияли и переливались сверкающие серебряные украшения. Отец, в