Восток солнца. Запад луны стр. 37
освободиться.
— Хорошо, я всё сделаю. Я нашёл нож.
Байзет почувствовал резкую боль — Степа всё- таки порезал ему руку. Байзет стиснул зубы. Ничего, это сейчас не важно. Он понял, что руки у него свободны.
— Всё, Степа! У тебя всё получилось и мои руки свободны. Держи нож, я сейчас его заберу.
Байзет размял руки. Взял аккуратно у Степана лезвие ножа и разрезал скотч на ногах. О, какое счастье! Он свободен от пут! Потом он стал возиться с замком наручника. Долго не получалось, но наконец щелкнул замок.
— Фу, получилось! Степа ты тоже свободен.
Чтобы не потерять лезвие ножа в темноте, Байзет зажал его между зубами и быстро обулся. Он положил нож в карман куртки, попытался определить какой у него порез на руке. Небольшой. И почти нет крови. Хорошо. Он сказал Степану:
— Степа, слушай, уходить ещё рано. Надо, думаю подождать мужиков из магазина, и пусть они начнут пить. А мы подождем.
— Да, хорошо.
— Вдруг они зайдут к нам-
Ты пока засунь руку в наручник, я тоже сделаю вид, что связан.
— Хорошо, я понял. Савва, я всё хочу спросить — почему у вас в подошве лежит нож? Вы это специально сделали, когда собирались меня искать?
— Нет, не специально. Я живу в монастыре. Уже давно. Вокруг лес и горы. Первый раз, когда я потерялся в лесу, у меня с собой ничего не было — ни еды, ни спичек. Когда я вышел из леса, то сделал в подошве ботинкок ниши. В одном ботинке лежит нож, а в другом спички. На всякий случай. Вот и пригодилось.
— Вы живете в лесу? В монастыре? Вы что, монах?
— Нет, я не монах, я трудник. Это люди, которые живут при монастыре и бесплатно трудятся вместе с монахами. Хожу на службу с ними, соблюдаю посты.
— Ничего себе! И вам не хочется уйти оттуда?
Байзет на минуту задумался, а потом ответил:
— Знаешь, Степа, мне и идти то не куда. Монастырь мой дом, монахи мне как братья. А природа вокруг какая! Лес, горы, горные ручьи и реки. Я все это люблю.
Они замолчали. Вдруг послышался шум подьезжающей машины. Машина остановилась, хлопнули двери. Послышались веселые голоса мужчин. Они громко переговаривались:
— Классно затарились — до утра хватит.
— Да, классно! Слушай, братан, а этих, в сарае, будем кормить?
— Ай, да ну их! До утра не сдохнут!
И голоса стихли. Байзет и Степан напряженно слушали тишину: не передумают ли их покормить. Но всё было тихо, только со стороны дома слышался звук телевизора и возбужденые голоса.
— Вот и отлично! Ждём ещё. Пусть опьянеют — сказал Байзет.
— А расскажите мне про монастырь. Про монахов, про лес — попросил Степан.
— Хорошо. С удовольствием. Слушай…
Байзет стал рассказывать и перед его мысленным взором раступились стены старого сарая. Он увидел ворота монастыря. Вот они с братом Семеном идут из леса и тихо переговариваются. Вот он на огороде, поливает огурцы и посматривает на маленькие, молоденькие огурчики, которые вырастут и пойдут на засолку. А ещё его рано утром будят птицы за окном…
Байзет вздрогнул. Они со Степой уснули. Сколько они спали?! В доме слышно только телевизор. Может мужики уже уснули? Пора! Байзет сел, размял руки,