Возвращение Томаса стр. 20
был такой ритуал, как разговор с их богами. А теперь и вы...
Томас спросил с подозрением:
— Что за зекхи? Впервые слышу. Никаких зекхов здесь не было.
— Были, — ответил Олег будничным тоном. — Еще до пиктов. А потом с материка сюда переплыли и захватили здесь все бритты, а страну назвали Британией... потом опять же с материка прибыли римские меднолобые и всех нагнули... затем высадились англы и саксы, побили всех, захватили острова, так что правильнее ее называть, как я уже говорил, Англией. Затем на эти берега высадился норманнский герцог Вильгельм Завоеватель...
Томас слушал с нетерпением.
— Святой калика, — сказал он язвительно, — ты с каждым днем все зануднее! Это значит, совсем святым стал?.. Говори просто. И сразу. Пока подбираешься к концу, я уже забыл, с чего начал и к чему ведешь.
Олег сказал спокойно:
— Это значит, что все эти народы что-то да привнесли в то месиво, которое на этих островах сейчас. Потому у вас и религия такая... деловая. Ты же вон не бросаешься на Лилит, как не знаю... на что, как тебе велит религия?
Томас сказал с негодованием:
— Сэр калика, как можно!.. Лилит — дама!.. К тому же очень красивая, а это вдвойне дама. И манеры у нее...
— ... свободные, — вставил Олег язвительно.
Томас отпарировал:
— Королевские!.. Короли могут себе больше позволить, чем простолюдины. Нет, если Лилит и демон, на что ты всячески и недостойно намекиваешь, то это наш демон.
Олег, очень довольный, кивнул.
— Ага, сам сказал, к чему я тебя, как Диоген... или не Диоген, не помню, подталкивал. Из-за того, что здесь смешались все народы, у вас прямо в крови такое отношение к тем, кто непохож или не совсем свой. А вот в тех землях, где я гонял, помню, обров, всякий чужак — враг. Другое мышление или другое восприятие?
Он впал в глубокую задумчивость. Томас скривился, будто хлебнул уксуса, махнул рукой и поднялся, чтобы уйти,
но на весь замок громко и торжественно прогудел гонг, старинный, медный, отобранный из десятков других за звучный красивый голос. Олег поднялся, Томас снова невольно залюбовался его статной фигурой, совсем не отшельнической.
— Пойдем, — сказал он. — Пир... это пир.
— Да, — согласился Олег. — Уже не просто обжираловка, а ритуал. А это совсем другой статус.
На входе в зал их встречали ревом труб и даже стуком сарацинских барабанов, что после крестового похода были ввезены, как диковинка, с Востока. Олег поморщился, барабаны вроде бы некстати, как будто гости за столом будут выполнять смертельно опасные номера: то ли сожрут не то, то ли каждый десятый кувшин вина — отравлен, надо угадать правильный.
Леди Яра и леди Лилит уже сидят за столом между сэром Торвальдом и сэром Эдвином. Томас ахнул, откровенно засмотревшись на дивную красоту Лилит, совершенную настолько, что это уже не для людей, а только для воспевания менестрелями. Ради пира она оделась почти так же, как и Яра, только если Яра предпочла рукава с завязками от локтя и до кисти, то Лилит велела пришить пуговицы.
Голубой, серый и коричневый цвета — принадлежность простолюдинов. Благородные люди избегают даже обычного желтого цвета, не отличая от золотого, потому и Яра, и Лилит выбрали котты пурпурного цвета, только у Яры