Враг всего сущего стр. 112
будет непонятно — простите, за что купил, за то и продаю. Думаю, местами старичок темнил, но это вполне естественно.
Мы ввязались в затяжную войну с эльфами. Кто был прав, кто виноват — дело десятое. Оставим это историкам. Монарх вспомнил, как маги разобрались с орками, да так эффектно, что королевской армии не пришлось нести потерь, за исключением вояк, на радостях упившихся после победы. Деталей он не знал, да и не монаршее это дело — вникать в подробности. Монаршее дело — повелевать. Король вызвал главу Ордена и приказал проделать с эльфами то же самое.
Поскольку магический Орден всегда лоялен королевской власти, главе пришлось подчиниться. Маги прикинули, что переброска в иной мир потребует огромных ресурсов, поэтому им пришлось собраться всем вместе в шатре, расположенном в центре лагеря королевских войск. Откуда эльфы узнали о готовящихся планах — неизвестно. Мне представляется, что у эльфов были осведомители. Королевские чиновники никогда не отличались особой честностью и разборчивостью и всегда готовы служить тем, кто больше заплатит.
Эльфы предприняли дерзкую вылазку. Они сумели обойти охранные посты и внезапно напали на королевский лагерь. У обреченных на смерть магов не оставалось выхода, кроме как попробовать спастись в каком-то из иных миров. Заклинание переброски было готово, а на защитные заклятия у магов не хватало энергии. К несчастью, в это время в наш мир пытался пробиться один из самых могущественных орочьих шаманов, тот, кого я лишил глаза, а потом обезглавил. Получилось так, что он и маги Ордена запустили заклинания одновременно.
Я не знаю всех объяснений происшедшего, но орка все же выбросило в наш мир, а маги оказались заперты в пространстве между мирами. Они были обречены находиться там, покуда кто-то не запустит портал и не уничтожит орочьего шамана. Это были обязательные условия для возвращения. Теперь маги вернулись, а орки остались надежно запертыми в другом мире.
Были в их рассказе кое-какие неувязочки, поэтому я и решился на вопрос:
— Я ничего не понимаю в магических штучках, но мне довелось видеть ваши могилы. Официально вы считаетесь мертвыми, однако я вижу вас живыми и невредимыми. Кто тогда лежит в могилах?
Глава Ордена грустно усмехнулся.
— В тот момент, когда заклинание сработало, произошел страшный взрыв. Это действовала освободившаяся энергия. На месте нашей палатки осталась только кучка пепла, его-то и похоронили в наших могилах. Мы в это время были уже далеко. И я не горю желанием снова вернуться в те края.
— А телепортация? Алур ведь умеет перемещаться в пространстве. Почему вы не перенеслись в более безопасное местечко?
— Каждый из нас, магов, силен в чем-то одном. Алуру лучше всего удавалось перемещаться в пространстве, другие не владели этим искусством в должной мере. К тому же в момент нападения мы были слабы, и наши магические силы находились на пределе.
— Так что теперь все будет как в старые добрые времена? — обрадовался я. — У нас вновь появится Орден, а всех врагов будем выкидывать в иные миры на радость их обитателям.
— Нет, — категорично произнес маг. — Мы не повторим былых ошибок. Орден оказался слишком зависим от светской власти, за что поплатился. Мы долго размышляли, как поступим, если все же доведется вернуться на родину, и приняли решение: Орден удалится в труднодоступные места и затаится навсегда. Мы не будем вмешиваться в мирские дела, займемся исследованиями в области магии. Нам предстоит узнать так много нового и неизведанного.
— Значит, вы решили самоустраниться. А как же Алур? — растерянно произнес я.
— Он сам решит. Если Алур захочет присоединиться, будем только рады, но я думаю, что старик слишком привязался к своим друзьям, и особенно к тебе, Гэбрил.
— Откуда вы знаете? — удивился я.
— Потому что я сам им сказал, — выступил Алур из-за спин магов. Готов поклясться, еще секунду назад его там не было.
Я упер руки в боки.
— И давно ты здесь находишься, Алур?
— К сожалению, я не поспел к началу схватки с орком, — потупился маг. — Зато встретил тех, кого давно считал умершими. Я словно окунулся во времена молодости.
Он повернулся к волшебникам. На глазах его выступили слезы. Я не знал, что они означают — радость или огорчение.
— Я принял решение — я остаюсь вместе с Гэбрилом, Лиринной и теми, кто стал мне дороже жизни.
— Ты уверен? — спросил я у Алура. — Я бы не хотел, чтобы ты чувствовал себя не в своей тарелке, дружище.
— Те времена прошли, Гэбрил, — изрек Алур. — Со мной все в полном порядке. Я рад, что мои старые товарищи выжили. Я буду их