Врата небес стр. 268
все внутри него, безумно и бешено, яростно, истерически и громогласно восставало против жуткой, хлюпающей и чавкающей смерти.
— Я могу дать тебе силы, — сказала Она, — могу помочь тебе победить. И говорю это в последний раз. Прими решение и навсегда свяжи свою судьбу с одним из нас… Ты не уйдешь от Богов Предначальной Тьмы.
— Я… не могу…
— Ты умрешь, и никто не вспомнит о тебе, тебя сожрет Сила, ты не станешь одним из тех, кто скачет вперед на черном коне и плащ которого, с алым подбоем, развевается по ветру, не станешь Рыцарем, сжимающим в руках меч или копье, не станешь сильнее. У тебя не будет женщин, покорных и мягких, как воск, сильных и властных, строптивых, противоречивых, жестоких и прекрасных. И ты никогда больше не сможешь обратиться ко мне. Решай, Даниэль, скорее решай, — и я дам тебе силы. Я помогу тебе. Я сделаю тебя Человеком.
— Девятнадцать… — прошептал он, — всего девятнадцать… — и вдруг, повинуясь мгновенной мысли, искоркой вспыхнувшей во мраке, юноша громко и яростно закричал: — Я отказываюсь от всех своих сил! Я, Жнец, отказываюсь от сил всех убитых и всех живых! Пусть они сгорят!
В сжимающемся мраке возник Огонь. Знакомый, жестокий и пожирающий Огонь, который съедал Пожирателя.
— ТЫ-Ы-Ы-И-И! — яростно, многоголосо закричал
Мрак, охватывая Даниэля давящими, могучими лапами.
— Ну? — в последний раз спросила Она, и Даниэлю показалось, что где-то наверху сверкают Ее невыносимо-прекрасные глаза.
— Нет! — изо всех сил яростно крикнул он. — Нет! — и тут же активировал боевое кольцо.
Воздух вкруг него облекся алым сиянием, заклокотал синими и оранжевыми искрами, тело охватил невидимый, но прочный доспех. Нити алого света протянулись к пожирающему Жра Огню, забирая его силы, втягивая их в боевое кольцо; но мощь насытившейся Твари была слишком велика.
Оно поглотило и призванный Огонь, и атакующие разряды кольца.
— ЕДА-А! — шипело Оно. — ЕДА-А!.. — и Даниэль почувствовал бессилие.
— Где же ты! — воскликнул он. — Где же ты?..
Он не отвечал. И щупальца Мрака уже хлюпали вокруг, отчаянно кружилась голова, стихало сияние защитных чар кольца, кинжал выпадал из слабеющих рук. Тварь жрала все, что направлялось на нее, и становилась от этого сильнее.
Только умные, круглые глаза сверкнули в темноте, и тихий, расчетливый голос пробрался в угасающее сознание Даниэля.
«Эмоции и желания. Свои чувства. Свою нерастраченную мощь. Используй их. Соверши последний, единственный рывок».
Даниэль закричал. Он пытался вложить в свой крик всю ярость, все пронзающее его негодование, всю злобу и всю обиду на Катарину дель Грасси, на предавший его, уничтоживший его мир. Вложить все злые чувства к жестокой принцессе и к безымянному, невидимому убийце, лишившему жизни его мать. И бросить свою ненависть вперед, подобно разящему копью.
— ТЫ-Ы-И-И! — грохотал, тысячегласо визжал сжимающийся, готовый к этой и к своей ответной атаке Мрак. — ТЫ-Ы-Ы-И-И-И!..
Дракон уселся Даниэлю на плечи, словно коршун, гибкой шеей нависая над его головой, и из пасти его хлынул яркий огонь-свет.
«Туда, — четко молвил он, — направь силу туда. Иначе им не успеть. И мир превратится в океан боли».
Даниэль, сознание которого раскалывалось на тысячи кусков, увидел неподвижный и огромный серый Камень, одиноко стоявший в замершем, ожидающем лесу. Он ухватил гаснущим взглядом фигурки стоявших рядом с Камнем людей.
И неожиданная, пьянящая,