Библиотека

Время героев стр. 548

Размер шрифта
-
+
Тема

освободить его от мучений.

— Он был храбр. Чья пуля попала в шею?

— Бетал, брат Мухетдина, аварца из аула Анцух. Он несколько раз ездил со мной, но вдруг решил пойти с русскими. Я убил его, и теперь его братья будут искать моей смерти.

— Трудно прожить, не встретив ни одного врага. Чужая ненависть укрепляет руку, делает зорким глаз, а слух чутким. Всё же скажу: лучше всего враг выглядит мёртвым.

— Но часто приходится хоронить друзей, — заметил Абдул-бек и смутился, потому что Джамалу на своём веку приходилось опускать в землю знакомых джигитов куда чаще, чем ему самому.

Джамал заметил замешательство сына. Что ж, если мальчик проживёт ещё хотя бы лет двадцать, он узнает, что такое — вдруг осознать: всех, с кем схватывался в борьбе, в шуточном бою деревянным оружием, скакал наперегонки по длинному, травянистому склону, их всех больше нет.

— Дошли вы до Терека? — спросил он, хотя уже видел, что сын и его нукеры пришли без добычи.

— Нет, — коротко ответил Абдул-бек, недовольный, что ему напомнили о неудаче; но тут же вспомнил, что говорит с отцом, и продолжил, словно бы извиняясь за резкость: — Они ждали нас и встретили ещё у этого берега. Дауд ехал первым и почувствовал запах неверных. Они гнали нас до темноты, но, хвала Аллаху, мы не потеряли ни одного человека. Попробовали уйти левее, обогнуть их крепость на Сунже, но и там поджидала засада. Этот русский, которого Джабраил держал в ауле, он узнал слишком много. Надо было убить его сразу, а потом расплатиться с его хозяином.

— Этим убийством ты бы оскорбил храброго Джабраил-бека.

— Знаю. Потому я и удержал свою руку, — отрезал Абдул-бек и задумался.

— Среди русских, — осторожно начал говорить Джамал, — среди этих неверных тоже есть достойные люди.

Абдул-бек вдруг рассмеялся, неприятным, отрывистым смехом, будто бы заставляя себя выдавливать горлом непривычные, неудобные для него звуки.

— Не ты ли учил меня, что мужчина должен иметь сильных врагов. Слабые лишь оскорбляют воина.

Теперь смутился Джамал.

— Говорят же, что промолчал — и ты хозяин своему слову. Выпустил — и ты его раб.

— Я не хотел обидеть тебя.

— И такое бывает в жизни. Ещё говорят: не хватай отца за бороду, но, если уж схватил — не выпускай. Мы все должны держаться своей тропы. Но как быть, если на ней мы начинаем встречать засады?

Абдул ответил отцу, не раздумывая:

— У человека есть ружьё, кинжал, шашка.

— Но в тумане он может перепутать дороги.

— Тогда он должен подождать, пока поднимется солнце.

— И увидит, что окружён врагами. Тысячами, десятками тысяч. Я тоже ходил за Терек, я спускался в страну Цор, я встречал на дороге шемаханских купцов. — Джамал смотрел на сына, но видел лишь своё прошлое. — Так же поступали и мой отец, и отец моего отца... Может быть, у меня просто ослабела рука... Но часто я просыпаюсь ночью и вижу тех, кого догнала моя пуля, на кого упал удар моего кинжала. Теперь их сыновья и внуки придут требовать ответа за кровь.

— Пусть приходят, — отрубил Абдул-бек, сузил

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.