Время героев стр. 553
и говорит. Вы же знаменитость, Сергей Александрович. «А вы слышали, ma chere, этот Новицкий стал совершенным абреком. Был в плену, бежал, убил, да ещё и выкрал женщину из аула...»
Пока она говорила чужим, высоким, чуть сюсюкающим голоском, передавая, очевидно, речь неизвестной Сергею сплетницы, он успел собраться, обдумать слова и жесты.
— Во-первых, я не абрек. Абрек — состояние духа, подвига жестокости, на который обрекает себя человек, собравшийся мстить. Он сам назначает себе срок абречества, даёт клятву все эти годы пребывать в одиночестве и — никого не щадить...
Он повернулся поудобнее в кресле, облокотился и подпёр подбородок ладонью.
— Во-вторых, во время побега я никого не убил. Если честно, только потому, что не успел. Меня подстрелили раньше.
Правой рукой Новицкий небрежно показал место, куда вошла пуля. Софья Александровна ахнула и покачала головой недоверчиво.
— Всё в порядке, — успокоил её Сергей. — Гарнизонный лекарь чуть было не залечил меня насмерть, но хаким, которого Атарщиков заставил спуститься с гор, знает своё дело гораздо лучше. Так что, оправившись, я, в самом деле, вспомнил о девушке. Её имя — Зейнаб. Она дочь одного из воинов бека, что пытался получить за меня выкуп. Но я её не выкрадывал.
— Что же, — неуклюже попыталась съязвить княгиня. — Она прибежала сама?
— Сама, — подтвердил Новицкий. — Только не прибежала, не пришла, а приехала. И теперь мы с ней муж и жена.
Настала очередь Мадатовой изумляться. Новицкий же веселился, только старался этого не показывать: разве что щурил глаза и прикрывал губы.
— Да, Зейнаб моя жена по местным обычаям. Кебинная жена — так называют этих женщин в горах. Видите ли, украсть женщину — значит нанести оскорбление целому роду. Я нанял людей, которые отправились в гости к её отцу, и предложил выкуп. Мою голову воины Джабраил-бека упустили, ну так рады были выручить хоть что-то за рыжие пряди Зейнаб.
— То есть вы, как человек вполне уж восточный, заплатили калым?
— И не только. Выкуп, о котором мы договорились, делится на две части: калым и кебин. Калым остаётся в семье, кебин женщина забирает с собой. Теперь она не опозорена и обеспечена на случай развода. Да ведь не я первый. Многие офицеры и чиновники так живут. Трудно же, знаете, без семьи даже служивому человеку.
Княгиня вздохнула:
— Я, конечно, слышала. Но я думала... А, впрочем, неважно. Скажите, вы счастливы?
— Да, — сразу и твёрдо ответил Новицкий.
— Вы покажете её мне? Обещаете? А почему вы сегодня приехали без неё?
— Она ещё не готова к подобному обществу.
— Но вы её учите? Дадите образование, воспитание? И когда сможете её вывозить?
— Думаю, через год, — ответил Новицкий, на этот раз не слишком уверенно.
— А может быть, два? Три?.. Но она красива? Умна?
— Как говорят на Востоке, — начал Новицкий, уже несколько утомлённый допросом, — чтобы увидеть Лейлу, надо посмотреть на неё глазами Меджнуна... Умна ли она? Да, безусловно. Для женщины своего положения.
— То есть вы довольны? Вы счастливы?
Новицкий кивнул и настороженно ждал продолжения.
— А что будет дальше? Вы же не можете всю семейную