Время перемен. Лабиринт Безумия стр. 285
ноги не выдержали: все трое мягко упали на зеленую траву и затихли, так и не успев ни ударить, ни поранить соседей, ни даже выкрикнуть что-либо в свое оправдание. А за левым ухом у каждого уже набухала крупная алая капелька.
— Вот так, — скупо заключила Гончая, похлопав ошеломленно моргнувшего Светлого по плечу. — Надеюсь, больше предателей среди вас нет?
— Как они… когда ты успел… Белик!
— Что? Не нравится?
— Н-нет. Просто это было…
— Быстро? Да, я знаю. Но ты сам подлечил мне напарника и при этом малость перестарался с исцеляющими заклятиями. Со страху, наверное? Зато теперь даже мне видно,
что Шранк у нас стал еще немного шустрее. Правда, здорово?
Элиар отер повлажневший лоб и машинально кивнул, на что Гончие дружно усмехнулись и одинаково быстрым движением отсалютовали. Впрочем, чего удивляться? Шранк и раньше был самым быстрым на своей Заставе (исключая Белку, конечно), а теперь удавил двоих остроухих и даже не особо запыхался. Так, размялся слегка.
— Я тоже так могу, — недовольно буркнул Весельчак, делано не замечая судорожно хватающих воздух бессмертных, на чьих глазах Стражи только что положили троих сородичей, да еще так споро, что никто и вмещаться не успел. Да что там! Не сразу поняли, что произошло! Вон, как зашевелились оставшиеся в живых Хранители! Сгрудились еще теснее, глазками засверкали, напряглись, как звери перед прыжком. И только властные взгляды обоих Владык удержали их от опрометчивого поступка. Ну, и смешки гномов, на которых эта мгновенная расправа произвела исключительно благоприятное впечатление. Особенно на их предводителя, который даже забыл натянуть на нос корону, прячась от пристального взгляда Белки.
Гончая вдруг покосилась в его сторону и тихонько фыркнула.
— Крикун, да хватит прикидываться! Думаешь, я тебя не узнаю в этом дурацком доспехе? Думаешь, корону нацепил, завитушек в бороде наделал, и все? Стал другим? Ну и дурень ты, старый ворчун. Хоть бы привычки сменил, а то год за годом мажешь свои коленки одной и той же древесной мазью и считаешь, что за благовониями их не учуять!
Вот теперь в сторону Подгорного Народа обернулись уже все. Даже те, кто только что собирался рвать и метать, выкрикивать обвинения, оскорбления или, наоборот, тихо предаваться унынию, понимая, что за прошедшие века смертные набрали слишком большую силу, чтобы справится с их засильем так просто.
Гном, напротив, посмурнел, помрачнел, стремительно побагровел, вжавшись в роскошное кресло, как под давлением громадного пресса. Затравленно заозирался по сторонам, но быстро понял, что теперь правду увидел не только внимательный Темный (которого он, кстати, когда-то поклялся не убивать!), но и его попутчики, у которых в глазах заплясали настоящие бесенята. Узнали, сволочи! Почуяли! Сейчас и ржать начнут, как богатырские кони! А ведь как он старался!! Как маскировался! Как настойчиво отворачивался, надеясь, что без проблем переживет этот дурацкий Совет! И если бы не одна гадкая, вредная, бесцеремонная нахалка…
Белка небрежно облокотилась на Таррэна и, скрестив руки на груди, задумчиво протянула:
— Как думаешь, сколько времени будут ржать наши парни, когда я им расскажу, в каком виде вдруг обнаружился наш пропавший Крикун?
— Полагаю, недели две, — так же серьезно ответил эльф. — А если у тебя хватит словарного запаса описать его непотребный вид, то и все три, малыш. Это бесспорно.
— М-м-м…