Время Разителя стр. 1687
экипажи перехватчиков нервничать чем дальше, тем больше.
Так что ничего странного не было в том, что у командира одного из перехватчиков, а именно — шестого, нервы не выдержали и его корабль, нарушив общий строй, внезапно кинулся в атаку на чужой корабль.
— Шестой! Шестой! — кричал в микрофон командир эскадрильи. — Назад! Куда вас понесло?! Шестой!..
Но нарушитель дисциплины словно бы его не слышал. Такое, впрочем, случается, когда ненависть к противнику и азарт боя вынуждают человека совершать явно неразумные, слишком уж рискованные действия, которые, впрочем, порой приводят к неожиданному успеху.
Но не на этот раз. Видимо, большой корабль прибег наконец к оружию и, защищаясь, нанес нападающему серьезные повреждения; недостаточное освещение не позволило увидеть, какие именно повреждения получил шестой перехватчик, но результат был всем виден: перехватчик разом потерял и скорость, и направление, крутнулся на месте и стал быстро приближаться ко дну, иными словами — тонуть. Это было тем более неприятно, что траектория, по которой он опускался на дно, упиралась почти в борт танкера. Так что пристально следившие за боем люди на танкере не на шутку встревожились: подбитый перехватчик мог, сам того не желая, протаранить возвышающуюся над посадочным кругом пузатую башню транспортного корабля. Однако повезло: перехватчик лег на дно примерно в десятке метров от танкера и при этом — второе везение! — не взорвался. Видимо, уцелевший экипаж успел своевременно принять нужные меры предосторожности. Не успели люди на танкере перевести дыхание, как люк перехватчика распахнулся и два человека в дыхательных масках выбрались оттуда и, помогая друг другу, приблизились к танкеру, крича на его частоте:
— Помогите! Примите на борт!..
Это было естественно, потому что остальные перехватчики находились намного дальше от потерпевших бедствие и к тому же, отвлекаясь от боя для оказания помощи коллегам, любой из них ровно на одну пятую ослабил бы защиту танкера от неустанно маневрирующего корабля, чьей целью было, вероятно, выйти на позицию, удобную для открытия действенного огня по танкеру.
— Капитан! Двое просят принять их на борт. Разрешите?
Капитан танкера на этих двоих не смотрел, его внимание было сейчас приковано к другому экрану, чья камера смотрела в противоположную сторону, а именно — в направлении купола ПЗБ, где тоже происходило некоторое движение: люди в подводном снаряжении выскальзывали из технического люка и, плывя над самым дном, стараясь остаться незамеченными, приближались к танкеру.
— Не разрешаю, — ответил он, почти не разжимая зубов.
— Капитан, но им грозит гибель…
— Займите свое место! Без рассуждений!
— Есть занять место, не рассуждать!..
4— Маха, от имени капитана ПЗБ передай на танкер: полный порядок, начинайте заливку танков. Затем…
«Шеф, это ты придумал?»
— Я, не я — какая разница… И оставайтесь под куполом, пока он не уйдет.
«Принято».
«Капитану Узеру Мо. Неисправности устранены, готовы начать заливку танков. Просим сообщить готовность. Максимат ПЗБ».
«Максимату ПЗБ. Рад слышать. У нас полная готовность. Ждем.
— Триолет», я шеф. Операцию свернуть. Вернуться к предыдущей программе, уйти в незримость, возвратиться на исходную позицию.
«Выполняю».
— Ну вот, дорогие пляжники, — сказал Иванос нам с Лючей, — ваш-мой «Триолет» возвращается. Сразу переправляйтесь на него и отправляйтесь на ПЗБ. Там возьмете на борт наших ребят, бывших заложников, и подежурите, пока все не закончится. Надеюсь
—