Время Разителя стр. 72
банкирку я вставил в соответствующую прорезь телефона. Не свою, понятно, а покойницы. Нажал кнопку. Секунда, другая…
— Платеж принят. Ждите машину в пределах получаса. Контора желает вам приятных поездок.
Компьютер разговаривал женским голосом, очень приятным и даже сексуальным; но я поборол искушение ответить моим природным голосом. Пропищал:
— Благодарю вас.
На этом разговор закончился. Секунду я колебался: выкинуть карточку или задержать? Денег там оставалось еще немало. Но второй раз я не рискну ее использовать. Хотя — как знать? В пиковых ситуациях мало что помогает так успешно, как деньги.
Теперь осталось сделать еще одну скидку — и в путь, чтобы успеть к месту прибытия машины одновременно с нею.
Я вытащил телефон — на этот раз свой, персональный. Включил и набрал номер — тоже мой собственный, домашний.
Мое жилье ответило после второго звонка:
— Вас слушают.
Это говорю, естественно, не я: я сейчас нахожусь здесь, а не дома. А там — какой-то другой мужчина: низкий баритон, что называется, бархатный. Обладателю такого тембра гарантирован успех у женщин. Как его имя — не знаю, да и никто не знает. Но это неважно.
Нажата кнопка рекордера. И в ответ звучит мой голос:
— Это я. Я в опасности. Нужна помощь.
— Какая помощь нужна?
Если в моем жилье сейчас уже
находятся чужие, они не услышат этого разговора: телефон они найдут разве что после многочасового обыска, даже с применением электроники: он надежно заэкранирован. Это не сетевой аппарат, а такой же мобильный; значит, разговор можно только перехватить соответствующими средствами. Но как раз против этого у меня нет ни малейших возражений. Больше того: я надеюсь, что служба прослушивания и перехвата работает сейчас так внимательно, как никогда. И разговор будет уловлен и записан. А главное — немедленно окажутся принятыми срочные меры.
Я аккуратно уложил аппарат на фундамент длинного бетонного забора, вдоль которого сейчас шел. Больше не надо слушать: я и без того знаю, как разговор будет развиваться дальше:
— Нужен скользун. А еще лучше — агралет. Мне следует срочно свалить отсюда. Куда — решу потом.
Голос мой звучит тревожно и оттого особенно убедительно. Хотя сам я в это время даже не разжимаю губ.
Следует вполне объяснимая пауза: мой собеседник выясняет возможности.
— Агралет сейчас не могу. Будет машина, но ходкая. Бумаги?
— Полный комплект на любое имя, но, конечно, с моими опознавательными.
— Найдешь в машине. Где ты? Тут мой голос понижается до прямо-таки интимного уровня. Ничего: я уверен, что те, кому следует, разберут:
— На Минском шоссе, в сотне метров от Пятого кольца. Я остановлю ее стоппером. Настрой драйвера соответственно.
— Уловил. Успеха.
И — отбой.
Рекордер выключится, потому что запись кончится.
(Это делается очень просто. Сочиненный заранее текст разговора записывается двумя аппаратами: реплики первого собеседника пишет один, реплики другого — второй, в каждой записи соблюдаются паузы для собеседника. Главное — выдержать нормальный темп обмена репликами — в соответствии с содержанием разговора. За собеседника можете говорить и сами — на другом уровне или через фильтр; но лучше, конечно, вести диалог с другим: мне подговаривал приятель, артист оперетты, мы записали четыре разных варианта. Трудно ведь предсказать, как именно сложится ситуация. Сделав дело, мы крепко выпили, и я помог ему забыть