Всадник дракона стр. 106
потом вдруг все закончилось. Джай поднялся на поверхность.
Он вынырнул из воды, издав радостный возглас после долгого, прерывистого вдоха. У края ручья Уинтер закружилась, радостно щебеча в знак его возвращения. Джай тяжело дышал, смахивая водоросли с рук и встряхивая головой.
– Уинтер – самородок, – сказала Фрида, едва оторвав взгляд от костра, который разожгла. Она вроде бы ничего не заметила. – Посмотри, что она нам принесла.
Джай уставился на недоеденную рыбу.
– Она оставила нам голову, – продолжила Фрида. – Я ее пожарю. – Джай скорчил гримасу, а девушка хмыкнула: – Прими это как высокую похвалу от детеныша. Если дракон отдает тебе печень, почки, голову или сердце – значит, ты что-то сделал правильно. Вы, сабиняне, едите мясо своих животных, выбрасывая лучшие части. Для нас это безумие.
Джай почувствовал, как радость и удивление от плавания стали улетучиваться, в сознание проник мрачный страх реальности.
– Если еще раз назовешь меня сабинянином, ты меня больше не увидишь, – пробормотал Джай.
Он отвел от Фриды взгляд и заключил Уинтер в объятия. Та заскулила, почувствовав внезапную перемену в его настроении. Повернувшись вполоборота к огню, он увидел изможденное лицо Фриды и горький гнев в ее глазах.
Она не была его врагом. Врагами были сабиняне. Можно было и простить ей оговорку.
– Извини, – прошептала она так тихо, что лишь чуткий слух связанного душой мог уловить ее слова.
Джай подтолкнул Уинтер к Фриде и улыбнулся, наблюдая, как девушка стала суетиться вокруг маленького зверька. Было трудно отделить обожание малышки-дракона от его собственных смятенных чувств. Джай откашлялся и подошел к маленькому костру Фриды. Пока он был под водой, девушка притащила пару толстых веток, и он тяжело опустился на одну из них, наблюдая за пламенем.
На мгновение повисла тишина, нарушаемая лишь потрескиванием огня и журчанием воды. Затем они услышали, что Уинтер зевает.
– Ты, наверное, много знаешь о драконах, – сказал Джай. Фрида фыркнула и отвернулась от него. – А… как ты подружилась со своим драконом?
– Йормун, – пробормотала Фрида.
– Извини. Йормун.
Фрида уставилась на языки пламени, и Джай заметил на ее грязном лице бороздки от пролитых слез. В этом рваном изумрудном платье девушка выглядела опустошенной.
– Моя мама… была единственной, кто знал драконов. Лучше всех. Когда она неожиданно умерла, большая часть ее знаний ушла вместе с ней. Мне еще многому предстояло научиться. – Фрида сделала паузу, чтобы вздохнуть, но Джай молчал. Она задумалась. Оценивала его. – В моей культуре любой представитель благородной крови может обратиться к королю с просьбой о попытке установить связь с драконом. Я не буду вдаваться в подробности о своем происхождении или родословной – не стоит забывать, что нас могут поймать. За меня вряд ли заплатят выкуп, особенно сейчас, когда мы находимся в состоянии войны. – Джай кивнул, стараясь не выдать нетерпения. – Немногие решаются на связь души с драконом, потому что это опасно. Даже опаснее, чем для оруженосца Гвардии грифонов установить связь с птенцом. Согласно традиции, мы должны делать это в одиночку, обычно до того, как у мальчика ломается голос, а у девочки появляется первая кровь. А это значит, что если мы потерпим неудачу… то умрем.
Казалось, даже Уинтер внимательно слушала, хотя Джай знал, что она всего лишь подражала ему. Малышка тоже все еще пыталась разобраться в их