Все прелести замужества стр. 144
сейчас, когда речь зашла о Никите.
– И он так здорово ладит с Мишуткой! – привела я последний аргумент. – Наш… то есть твой пацан обожает Никиту. Как хорошо вам было бы втроём, да? А я тем временем коротала бы деньки в психушке, привязанная к кровати ремнями.
– Юля, не надо! – взмолилась Ева. – Нет, нет, это неправда! Я не планировала от тебя избавиться. Мне нужно было только сделать так, чтобы люди сомневались в твоих словах.
– Да? А ты подумала о том, что за этот месяц я могла раз сто угодить в автокатастрофу? Знаешь, что я творила на дороге?
– Что?!
– Сама не догадываешься? Ну так прими этот галлюциноген, у тебя он, наверное, ещё остался, и сядь за руль! Испытаешь фантастические ощущения. Но не знаю, далеко ли уедешь в таком состоянии.
– Я об этом как-то не подумала…
– Не верю. Ты знала, что я каждый день мотаюсь по городу и окрестностям. Удивительно, как мне удалось избежать аварии, управляя машиной под кайфом… Ну ты и змея, Ева. Знаешь, я ещё как-то могла бы понять, если бы знала: ты страдаешь от неразделённой любви, мечтаешь о Никите и видишь в нём самого лучшего отца для Мишутки. Но ты говоришь, что не любишь Никиту. Значит, ты думала только о деньгах? О спасении своего салона? Нашу дружбу, моё здоровье и жизнь ребёнка, о котором я безумно мечтала, ты приравняла к стоимости лазерного аппарата?
– Юля, ты передёргиваешь! Ведь моя жизнь тоже была поставлена на карту! Меня бы с потрохами слопали разъярённые клиентки и их высокопоставленные мужья! Конечно, в нашей стране не запрещено применять «Ролланту», иначе как бы я купила этот аппарат? Но ты бы устроила шум в прессе и всех поставила на уши. Тебе это ловко удаётся. Ты бы уничтожила «Будуар», а вместе с ним и меня.
– Тебе нужно было всё рассказать. Мы бы вместе что-нибудь придумали.
– Вспомни, ты пылала негодованием и хотела расправиться с владельцем салона!
– Но я же не знала, что «Будуар» принадлежит тебе!
– Юля, а что ты сейчас будешь делать? – выдержав паузу, осторожно поинтересовалась Ева. – Юль, ты же не упрячешь меня за решётку, правда? Что будет с Мишуткой, если я попаду в тюрьму?
– Не переживай, я хорошо о нём позабочусь, пока ты будешь сидеть на нарах, – успокоила я подругу.
– Ю-у-у-ля, – простонала Ева. – Неужели ты…
– Нет. Я ничего не буду предпринимать. Оставайся, живи с этим знанием: ты убила моего ребёнка и едва не угробила меня.
– Юля, но у тебя же был очень маленький срок, насколько я понимаю! Это был не ребёнок, а всего лишь несколько клеточек!
– Заткнись! – рявкнула я. – Для тебя – несколько клеточек, а для меня – мой будущий малыш, мечта всей жизни.
– Прости…
– Конечно, общаться мы с тобой больше не будем.
– А как же Мишутка? Он так скучал по тебе в Турции, да и потом…
– Я тоже по нему скучала. Наверное, понадобится время – и мне, и ему. Три года мы были настоящими друзьями. Теперь придётся забыть о нашей дружбе и любви.
Ева смотрела на меня с тоской.
– Ты расскажешь всё Никите?
Вот что её волнует!Я права: она любит моего мужа.– Смеёшься? Чтобы он ворвался к тебе и придушил